— Инструмент не влезет. — произносит он басом, а у меня дергается бровь.

— Что? Какой инструмент?

— Вы же оплачивали доставку пианино? — он смотрит в телефон, а я открываю рот в безмолвном “а-а-а”.

—Да, это я. Простите. — я, успокоившись ,выглядываю на площадку, и вижу здоровенную дуру, стоящую недалеко от двери. Почему-то мне казалось, что фортепиано немного меньше... Кажется, у меня проблемы.

— А разобрать можно будет? Я заплачу...

Мужик пожимает плечом.

— Мы грузчики. Разобрать - может и разберем, но потом вряд ли соберем обратно. Да и вообще, может, повредим случайно. Лучше не надо.

— Ох, ладно... — я мучительно тру пальцами лоб. — А можете его тогда к стенке подвинуть, чтобы не мешало? Я как-нибудь разберусь потом с ним.

— Это мы можем. -- легко соглашается мужик, и они вдвоем передвигают фортепиано к стене рядом с дверью. — Ну вот, все. Распишитесь о получении здесь.

Я ставлю подпись и отпускаю грузчиков, оставшись торчать в дверях и смотреть на эту чудную инсталляцию. Эмир немного удивится, когда вернется домой. Понятия не имею, как он будет затаскивать это чудовище. Если только двери с петель снимать... В принципе, пока оно может постоять и здесь. На потолке торчит камера, поэтому, вряд ли кто-то решит украсть его, а потом уже Эмир пусть сам разбирается. В конце концов он ведь ясно сказал, чтобы я покупала для Арины все необходимое? Ну я и купила... Кто ж виноват, что у него маленькие двери.

Осторожно выйдя за порог, я трогаю клавиши фортепиано, и вздрагиваю, когда оно издает звук, эхом прокатившийся по всей площадке.

Лифт внезапно снова открывается и из него выходит все тот же мужик. Я удивленно приподнимаю бровь, повернувшись к нему.

— Еще скрипка. — он пихает мне в руки черный кофр, а потом снова подсовывает листочек на подпись. — Забыли про нее.

— Ох, спасибо. — я киваю, поставив еще одну подпись. Хорошо хоть с габаритами скрипки не возникнет проблем.

Когда я возвращаюсь в квартиру, Арина уже, заспанная, сидит на кухне перед баночкой с йогуртом и яблоком на столе. Няня, тем временем, замешивает тесто, отчего мои брови ползут неудержимо вверх. Видимо, это и есть профессионализм. Когда я сижу с ребенком, все, на что меня хватает в готовке - это суп, каша и второе. А тут выпечка...

— Как-то ты мало поспала. — обращаюсь я к зевающей Арине, а няня поворачивается ко мне.

— Не сильно много, но, главное, что она отдохнула. Это нормально. У ребенка был насыщенный новыми знакомствами день, ей трудно успокоиться.

Я киваю, и взгляд няни останавливается на кофре в моих руках, и становится вопросительным.

— А, точно. — вспоминаю я. — Вы спрашивали про скрипку и фортепиано. В общем, я заказала их. Скрипка вот. — я ставлю кофр в углу под заинтересованный взглядом Арины, а няня поднимает на меня взгляд.