Поэтому я у тебя - золото. Лучше не найдешь. Так что, появишься сегодня?

— Посмотрим. Я сейчас работаю няней, поэтому мне придется отпрашиваться.

— Это важно. Так что уж постарайся убедить свою работодательницу.

“Работодателя” — мысленно поправляю я, отключаясь. Не думаю, что Эмир будет против, так как это его ребенок, но мне уже неудобно перед Даниилом и Ариной. Мне платят деньги, а я и недели нормально няней не проработала.

Скинув с себя мягкое, теплое одеяло, я одеваюсь в свою вчерашнюю одежду. Черт. У меня в квартире не так тепло с утра, как у Эмира. Честно говоря, я мерзлячка, и моя стандартная утренняя программа в холодное время года - перебежками добраться до теплейшего халата, а потом попытаться не умереть до первой горячей кружки кофе.

У Эмира же неожиданно теплый пол. Постойте, он что, вообще с подогревом? С чего это он включился? Я подхожу к окну, и, распахнув шторы, обмираю. После смотрю на экран телефона в руке. Минус два. Семь часов утра. На улице иней. Похоже, зима наступила в этом году раньше, чем ее ожидали.

Оставив шторы открытыми и заправив кровать, я выхожу тихо из комнаты. Несмотря на тепло дома, кофе не помешает, поэтому, я направляюсь на кухню, и охаю, когда из нее вылетает мне навстречу Арина во флисовой пижаме, и с размаху снова врезается в меня, обнимая.

— Ты проснулась! — кричит она. — Ура!

У меня вырывается вздох, когда я обнимаю ее. Несмотря на заботу Даниила и Егеря, девочка по-прежнему слишком бурно радуется мне.

— Доброе утро, малыш. Ты уже завтракаешь?

— Да! — радостно сообщает мне она. Я смотрю на ее подозрительно чистое личико ,а потом принюхиваюсь. Постойте...

Взяв ее за ручку, я подношу ее к носу и издаю обреченный стон.

— Арина, это что, рыба?

Ее руки отчетливо пахнут рыбой. Теперь и моя единственная одежда, в которой мне нужно ехать на УЗИ. Настя, конечно, моя подруга, но... Я не хочу вонять даже перед ней.

— Пойдем-ка. — произношу я, взяв ее за ручку. Мы заходим на кухню, где Эмир пьет кофе, сидя за столом, на котором свалена гора креветок в тарелке. Часть из них беспощадно разодрана детскими ручками.

Эмир поднимает на меня взгляд.

— Не доброе. — сообщаю ему я, со вздохом усаживая Арину за стол. — Ты уверен, что у этого ребенка нет аллергии на морепродукты? И это вчерашние креветки? Они могли уже испортиться.

— Она сказала, что уже их ела. Так что вряд ли. Креветки вчерашние, но, в отличие от магазинов ,в которых ты закупаешься, у меня хороший холодильник.

Мне хочется цыкнуть в ответ.

— Почему ты меня не разбудил? Я бы приготовила ей кашу.

— Ты вчера и так поздно легла. — Эмир отставляет в сторону пустую чашку с кофе. — Тебе нужно было выспаться, а этот ребенок обойдется и без каши. Садись, я сделаю тебе чай.

Я чувствую, как у меня дергается бровь.