Свекровь начала сосредоточенно стягивать кожаные перчатки, а потом сбросила мне на руки норковую шубу.

— Что ты натворила? Довела его? — спросила она через паузу. — Почему от тебя муж сбежал, Алиса? Что у вас стряслось?

— Хотела бы я знать, — горестно прошептала я.

— Перестань реветь, ты уже и так вся красная. А я тебе расскажу, что случилось. Над отношениями надо работать, милая моя.

Диана Фёдоровна осмотрела себя в зеркале, поправила причёску и самодовольно улыбнулась краешком рта.

Мой мир рушится, а она совершенно спокойна.

— В отношения надо вкладываться.

— Тебе достался роскошный мужчина. Нужно прилагать усилия, чтобы удержать такого парня. Надо стараться. А ты?

— Что я? Разве я не старалась?!

— Сидишь дома, бездельничаешь.

— Это я-то бездельничаю?! — От возмущения у меня перехватило горло.

— Так. Умоляю, только не закатывай скандал, — поморщилась свекровь.

Ну вот, меня снова записывают в истерички. Мать и сын сговорились. Или… Может, я действительно давно уже превратилась в истеричку, просто сама этого не замечаю?

— А куда разместить вещи? Виталечка тебя предупредил, что у меня ремонт? Знаешь, давай, вы переместитесь в гостиную, а я займу спальню. У меня спина, я не смогу спать на диване. Да и гостиная проходная, мне будет неудобно. Алиса, приди же ты в себя! Не стой, как истукан.

Слишком много «приятных» новостей. Я была оглушена ими.

— Ты хотя бы чаю мне предложишь, Алиса? — язвительно поинтересовалась Диана Фёдоровна.

— Ужин на столе, — в полной прострации пробормотала я. — Извините, мне нужно проветриться. Пойду прогуляюсь.

— Ну и куда ты пойдёшь на ночь глядя? Да ещё и с такой красной физиономией? — высокомерно фыркнула свекровь.

А на улице мела метель, мороз щипал мокрое лицо, ветер срывал с головы капюшон. Совершенно окоченевшая, я брела по улице в свете фонарей. Прогуляться — это было плохой идеей. Но оставаться в квартире вдвоём со свекровью и её «тонкими» комментариями я не могла. И так тошно.

Диана Фёдоровна всегда мною недовольна. Она считает, что сын сделал неудачный выбор, женился на простушке и бесприданнице. Свекровь преподаёт в институте, на всех смотрит свысока, как на нерадивых студентов. Моя мама, работающая швеёй в частном цехе, в присутствии Дианы Фёдоровны боится слово сказать, так как та постоянно указывает мамуле на речевые ошибки.

Я достала из сумки телефон и позвонила подруге.

— Тань, можно к тебе? Мне деваться некуда.

— Как это? — моя подружка, по обыкновению, что-то жевала. — Что случилось? Давай пулей, но не ко мне, а к Насте, я сейчас у неё. Мы как раз собираемся чай пить, но подождём тебя.

— Алисочка, приезжай! — донёсся Настин голос.

— Лисёнок, быстро сюда! — сказала Таня. — Посмотришь, какого красавчика наша Настя родила.