Я крепче прижала его, обхватывая ногами, не позволяя замереть внутри меня, двигалась на его мужском органе, заставляя его всё быстрее и быстрее скользить по стенкам моей влажной пещерки. Несколько таких движений, и я закричала, содрогаясь. Арон крепче вжался в меня бёдрами, позволяя пройти все витки поглотившего меня оргазма. А после, дождавшись, когда я, наконец расслабившись, обмякну, рывком вздёрнул за бёдра, поставил на колени и повернул к себе задом. Он снова дразнил меня, водя самым кончиком члена по мокрой щели, заставляя меня снова разгореться страстью. Затем медленно начал входить, томя меня ожиданием. Я не выдержала и подалась назад, заставив его воткнуться на всю длину.

- Что же ты делаешь со мной, милая моя? – Прошептал он прежде, чем начать резко и с силой вонзаться в меня, раз за разом исторгая стон удовольствия из моего рта. Я почувствовала, как внутри начинает сжиматься плотный ком, а затем меня захватил судорожный водоворот, утаскивая в искрящийся фейерверк, заставляющий разливаться тепло по всему моему телу. И где-то на краю сознания я услышала, как зарычал Арон, изливаясь с последними толчками в моё пылающее лоно.

Затем он уложил меня на бок и прижал к себе, по-прежнему оставаясь внутри. В этот момент я чувствовала такое тепло, такую любовь к нему и единение с ним, что мои глаза наполнились слезами.

- Ты чего? Плачешь? – Удивился Арон.

- Это я от счастья, - шмыгнула носом и засмеялась.

- А, ну тогда плачь, - тоже улыбнулся он, целуя мои волосы.

- Я тоже тебя люблю. – Оборотень ещё крепче сжал меня в объятиях. – Я хочу, чтобы, когда это всё закончится, у нас появился малыш. Как думаешь, ты можешь уже быть беременной?

- Не знаю, - мне это даже не приходило в голову, я вовсе не задумывалась о беременности, хотя он почти каждый раз кончал в меня. А что если и правда? Вдруг внутри меня уже зародилась новая жизнь? А я подвергаю её (или его?) опасностям, лезу в самое логово Охотников… Но сейчас не время, чтобы об этом думать. – Давай обсудим наше будущее, когда выберемся живыми из Карины?

- Хорошо, - его голос стал другим, более отстранённым, потому что Арон тоже вернулся в реальность из мира грёз, где были только мы и наша любовь.

Холодный ветер пробежался телу, заставляя меня вздрогнуть и покрыться гусиной кожей. Я сильнее прижалась к моему мужчине, но мысли и чувства, только что безмятежно порхавшие по тропинкам удовольствия, уже успела заполнить ледяная стужа.

Арон разбудил меня, едва на востоке начало алеть.

- Почему так рано? – Ворчала я, зевая во весь рот. Я чувствовала себя не выспавшейся. Мы любили друг друга ещё несколько раз, прерываясь лишь на скромную еду, которую оборотню удалось раздобыть в деревне. Уснули так уже далеко за полночь.