– Вот это деловой разговор, – сказал Сергей Петрович и спросил, – Игоревич, а ты со своим станком пробьешься через известняк?

– А я и пытаться не буду, – ответил тот, – ты обрати внимание – всего десяток метров сторону от вершины – и уже какое понижение рельефа. Я просто отойду метров на двадцать дальше в лес, и попробую там. Деревья там выглядят совсем нормальными, а значит, камень либо глубоко, либо его там вовсе нет.

– Возможно, возможно, – сказал учитель, – ты геолог, тебе видней. А без воды нам здесь и в самом деле никак. От промзоны шланг не дотянем.

– Ну вот я водой и займусь, – сказал бородач, – второй насос у нас есть, так что с этим проблем не будет.

Сергей Петрович осмотрелся по сторонам.

– Хорошо, Игоревич, – сказал он и показал рукой, – если здесь будет печь для известняка, то вон там надо ставить кипелку, а под ней делать ванну для известкового теста. Все остальное по ходу пьесы, когда поймем, что за известняк нам достался. Думаю, что мне пора. Увидимся вечером.

– Тебя подбросить?

– Да нет, Игоревич, я сам дойду. Тут недалеко.

Когда Петрович вернулся к себе на стройку, было без четверти четыре. Пока он туда шагал недавний собеседник обогнал его на УАЗе, а потом он же попался навстречу, когда вез к месту работы буровой станок с полным набором труб. Это вам не лунки под столбы сверлить. В отсутствие Петровича работа на застилке крыши утеплителем ускорилась, ибо теперь там, закончив остальные дела, работали обе бригады. Тот прикинул, что такими темпами через час, максимум через полтора, и эта работа тоже будет сделана, а он пока может побродить с цепной пилой и рулеткой среди бревен. Алохэ-Анна и ее подруги, если что, потом отнесут к цеху все, что он отрежет.

До ужина он успел не только найти и отрезать от хлыстов двадцать две подходящих колоды, но и опилить их все на тридцатисантиметровый брус, оставив разделку на доски на завтра. При этом он имел в виду не только крышу семейного общежития, но и крышу уже заложенной бани. Валера тоже успел закончить все три порученных ему двери и теперь отдыхал, сидя на штабеле бруса. Петрович еще раз напомнил себе – как спадет горячка, сделать к цеху, казарме и общежитию по одной культурной скамейке вдоль стен. Вот посадит Витальевна на будущий год подсолнечник, будут на этих скамейках сидеть девки в сарафанах из шкуры лосося и лузгать семечки, а он, блюститель порядка и страж хороших манер, будет их гонять, чтобы не мусорили… Лепота, да и только!

Последняя новость прозвучала за ужином, к которому еще четыре юные полуафриканки – Саитэ-Сати, Форитэ-Фрося, Боритэ-Барби и Фаилэ-Фая – вышли в новеньких штанах и безрукавках.