Он не захотел слышать ни о каком Меценате, так и сказал, что будет вести дела напрямую.

— Отлично! На какое время назначена сделка?

— На завтра, на 19:00, в Екатеринбурге. Предварительно мы должны позвонить Кресту.

— Понятно, ладно, расслабляйтесь, но не очень, завтра у нас тяжелый день, — предупредил Стрельцов.

— Все будет о’кей, Вольдемар! — заверил Юзеф и предложил: — Присоединяйся к нам, выбирай любую из девочек.

— Они уже далеко не девочки. Да и, честно говоря, нет желания, у меня были тяжелые переговоры на комбинате, — отказался Стрельцов.

Поднявшись к себе в номер, он еще долго не мог уснуть и выверял каждый свой шаг в предстоящей сделке.

Она мало чем уступала боевой операции, цена ошибки в ней была жизнь. Стрельцов пытался предугадать возможные ходы противника, но просчитать импульсивного и дерзкого Павла Харламова было не просто. Положившись на удачу, он лег спать, проснулся, когда на дворе был день, умылся, оделся и прошел в номер Юзефа и Урмаса. После вчерашнего загула они спали мертвецким сном. Растолкав их, Стрельцов заказал завтрак в номер. Сто грамм водки и наваристая уха привели Юзефа и Урмаса в чувство. На этом они не остановились, заказали еще по порции ухи и шашлык. Стрельцов присоединился к ним, поздний завтрак перешел в обед и затянулся не на один час.

В 15:40 зазвонил телефон у Юзефа — это был Крест. Он оказался пунктуален, через двадцать минут к гостинице подъехал присланный им мерседес. Стрельцов, Урмас и Юзеф спустились вниз и заняли в нем места. Водитель, сидевший за рулем, не отличался многословием, сосредоточился на дороге. Она замысловатой змейкой петляла по холмам, вскоре за ними скрылся окутанный густыми, всех цветов радуги дымами Нижний Тагил.

По сторонам потянулись убогие дачные поселки, после очередного подъема блеснула на солнце позолоченными маковками маленькая, словно игрушечная церквушка.

Владимир бросил взгляд на зеркало, следов слежки не заметил и потребовал от водителя.

— Тормози, приехали!

— Как, тормози? Почему? — удивился он. — Мне сказали отвезти вас в Екатеринбург.

— Обстоятельства изменились, — не стал вдаваться в объяснения Владимир и поторопил: — Давай, давай, сворачивай к церкви!

Водитель пожал плечами и подчинился.

На автобусной остановке села Николопавловское среди жигулей и москвичей выделялись темно-синяя ауди и черный форд. Из машин вышло трое качков, в одном из них Стрельцов узнал Бульдога — телохранителя Березняка. Ему и его бригаде предстояло прикрывать сделку с Харламовым. Все трое направились к мерседесу. Юзеф с Урмасом заерзали, Стрельцов поспешил успокоить их.

— Я их знаю, они будут страховать нашу сделку.

— О’кей! О’кей! — приободрились эстонцы и присоединились к Стрельцову.