– Если еще раз ты меня так напугаешь… – Он умолкает, приседая рядом с ванной, в которой, сгорбившись и сжавшись, сидит Лекси. Вода давно остыла, и ее кожа покрылась мурашками. – Лекси, поклянись, что ничего с собой не сделаешь.

Что? У нее и в мыслях не было. Девушка опускает ладони и кладет их на колени, прижатые к груди. Джейсон выглядит по-настоящему напуганным.

– С чего ты взял, что я могу? – спросила она. Джейс отвел мокрую прядь с ее лица.

– Я не знаю. Ты так рыдала. Потом стало тихо. Я подумал…

– Не дождешься, – ухмыльнулась Лекси, вставая в полный рост. Протянув руку, взяла полотенце и обернулась. – Я могу лечь спать? С тебя хватит на сегодня? Ты доволен?

– Это было… плохо, Лекси. – Он взял ее за талию, приподнял, доставая из ванной. Поставил на кафель. Подхватил за подбородок, заставляя смотреть на себя. Взгляд задумчивый, немного отстраненный. – Очень плохо. Ты зажималась, брезгливо морщилась. От резиновой куклы было бы больше проку, чем от тебя.

– Пошел ты к черту, Джейсон, – прошипела Лекси, когда он провел большим пальцем по ее нижней губе. – Я тебя ненавижу. Ты даже представить не можешь, как.

– Отчего же. Представляю. – Джейсон горько усмехнулся. – И чем больше ты меня ненавидишь, тем больше я тебя хочу. Вот такая у нас дилемма, детка. Так что, если хочешь, чтобы я от тебя отстал, полюби меня.

– Только через мой труп, – насмешливо бросила Лекси. Джейсон наклонил голову. Почти касаясь губами ее губ, прошептал:

– Тогда мы оба обречены, детка.

– Пять месяцев – и все закончится, – напомнила Лекси.

– Это будут самые долгие пять месяцев в твоей жизни, малыш, – пообещал Джейсон.

И у нее нет оснований не верить ему.

Утром Лекси просыпается одна, все еще чувствуя тепло его тела, его запах на своей коже. У нее никак не укладывалось в голове, как мужчина, равнодушный и жестокий в течение дня, крепко сжимающий ее в объятиях всю ночь напролет, согревающий дыханием ее плечи и затылок, может умещаться в одном человеке. Наверно, не стоит и пытаться разобраться во всем этом дерьме, которое творится в его голове. В его мире она дилетант, удобная игрушка для забав. Кто знает, может, в детстве Джейсон так же обнимал своего плюшевого медведя, а потом отправил его на помойку с горой других надоевших игрушек.

Лекси бродит по дому, как приведение. После вчерашнего она чувствует себя разбитой и обессиленной. Около десяти в дверь стучат. И Лекси в ужасе подумала, что это Том Райдер пришел. Джейсон не сказал, во сколько начнется игра, а она в своих растрепанных чувствах забыла спросить. Она совершенно не готова, и быстро собраться не получится.

Слава Богу, это не он.

– Добрый день, мисс Памер. Я – Джо, – произнесла на ломанном английском полная темнокожая женщина средних лет. – Буду готовить и убираться.