– Ну а когда ты сражаешься, у тебя не возникает желания оказаться дома?

– В бою просто нет времени на какие-либо мысли и желания, – ответил он и, помолчав, добавил: – Ну а потом, когда мы расчищаем палубу от обломков, мне больше всего хочется увидеть Фреда и Лили с их неподобающим поведением или наших отцов, изображающих из себя идиотов за обеденным столом.

– Идиотов? – Грейс слегка нахмурилась. – Мой отец никогда не изображал из себя идиота. – Затем она спросила: – А разве у вас на корабле нет прислуги, чтобы убираться?

– Нет, милая Грейс, – ответил Колин. – В военно-морском флоте прислугу не держат.

– Слушай, я могла бы писать тебе время от времени письма, – предложила она. – Если конечно, буду знать, куда их отсылать. Я могу описывать то, что происходит здесь, у нас, и ты сможешь представлять себе все это, когда будешь заниматься уборкой.

Его губы тронула улыбка.

– Я буду рад каждому твоему письму. Пусть твой отец пересылает их в Адмиралтейство, и уже оттуда они попадут ко мне.

Так и получилось, что леди Грейс Райберн начала писать письма лейтенанту Колину Берри. Ее первое послание было очень коротким и содержало абсолютно искреннее признание:

«Я ненавижу Лили.

Вчера вечером она обрезала пальцы у моих любимых перчаток, решив, что так будет забавнее».

Колин в ответ черканул несколько строк, сообщив, что пребывал в довольно скверном настроении и история про перчатки его развеселила.

После этого Грейс специально стала описывать случаи, которые дали бы ему возможность посмеяться в его нелегких флотских буднях. Она поведала о том, как ее младший брат стащил все отцовские галстуки и приспособил их в качестве парусов на своих игрушечных лодочках.

А еще о том, как куры сбежали из курятника и расселись на постиранном постельном белье. И даже вложила в конверт небольшую акварель с изображением хохлатки, восседающей на висящей простыне.

Грейс пересказывала Колину сюжеты спектаклей, которые она с семьей смотрела в лондонских театрах, и то, что о них думает их гувернантка. А один раз написала полный текст песенки на немецком языке, разученной Лили, присовокупив чернильный портрет сестры, распевающей эту песню со страдальческим выражением лица.

Она вообще довольно-таки много писала о Лили, поскольку с той было связано немало забавных случаев.

Кроме того, несмотря на все огорчения, доставляемые сестрой, Грейс тем не менее любила ее. Она пробовала писать и о себе самой, но это получалось совсем неинтересно.

С какого-то момента она начала рисовать небольшие портреты (такие, которые легко помещались бы в конверте), и на многих из них также была изображена Лили.

Колин довольно редко отвечал на письма Грейс, но когда делал это, то всегда благодарил и интересовался об очередных выходках сестры.