- К тому же, сегодня почему-то принято считать науку о зельях исключительно женским ремеслом, - продолжила мадам, усаживаясь в свое кресло. – Хотя в стародавние времена многие выдающиеся маги и колдуны были отличными зельеварами и ничуть не гнушались этого занятия. И если хотите знать мое мнение, то та же самая артефакторика значительно сложнее для изучения, чем зелья, - продолжила женщина.

- А из нынешнего поколения есть кто-нибудь выдающийся? – украдкой спросила я.

- Выдающихся – нет, - категорично отрезала ведьма. – Есть парочка способных, из которых при должном образовании может выйти что-то пристойное, но это все.

- А мисс Делинжер? Я слышала, что она очень интересовалась вашим предметом и даже достигла определенных успехов, - заметила я.

При упоминании имени пропавшей адептки мадам ди Люмаж едва не подскочила на своем месте и с подозрением покосилась на меня, начиная догадываться, что весь этот спектакль был затеян ради этого единственного вопроса.

- Беатрис действительно посещала дополнительные занятия по моему предмету, - нехотя призналась старуха.

- Мне говорили, что она изобрела какое-то зелье и даже хотела его запатентовать, - не отводя глаз призналась ей.

Иоланта в ответ лишь хмыкнула и закатила глаза.

- Люди столько веков изучали травы, их свойства и соединения, что изобрести что-нибудь новое в зельеварении на сегодняшний день практически невыполнимая задача, - ответила профессор.

- Так она не совершала никаких открытий в зельеварении? – я пристально следила за реакцией собеседницы, но та ничем не выдала своего волнения.

– Нет. Во всяком случае, я ничего об этом не знаю, - пожала плечами та. – Однако, мисс Делинжер интересовалась не столько самими зельями, сколько их использованием в различных ритуалах. Насколько мне известно, она так же числилась в любимчиках у мистера Спока, который и преподает этот предмет. Осмелюсь предположить, что ее открытие, о котором вы упоминаете, связано больше с ритуалом чем со мной. Спросите об этом господина Спока.

Мадам ди Люмаж отвернулась к окну и погрузилась в собственные размышления, никак не реагируя больше на мое присутствие. Поняв, что разговор окончен, я поблагодарила деканессу за спасение и заботу и, дождавшись рассеянного кивка, поспешила ретироваться.

Очередной жертвой моего следовательского произвола должен был стать профессор Бенжи Спок, преподающий в академии захватывающий предмет с таинственным названием «заклятия и ритуалы».