Всё из-за предстоящей встречи с немцами.

Быстро заехала домой за уже готовой сумкой с вещами на два дня, и на вокзал. Давида уже увижу спящим, но это неважно, главное — лечь рядом с большим счастьем и выдохнуть с облегчением.

— Ириш, как работа? — боже, мама!

— Мама, я понимаю, что мы наедине, но тебе надо привыкать к моему новому имени.

— Ну как тут привыкнешь, ты была Иришка, ещё когда я только узнала, что беременна двадцать семь лет назад, и тут… — мама расплакалась.

— Мам, — я обняла её. — Ты ведь понимаешь, что так нужно, по-другому нельзя.

— Это всё из-за меня, — опять двадцать пять.

— Мама, успокойся, пожалуйста, тебе нельзя нервничать. И мы договорились, что не будем больше возвращаться к этой теме, — всё сложилось так, как должно было.

— Давай я тебя накормлю, ведь ты наверняка не ужинала ещё.

— Нет, не ужинала. Я кое-какие продукты принесла, остальное завтра пойду в магазин и куплю.

— Не надо, у нас всё есть. И мы с Давидом с удовольствием гуляем каждый день до магазина.

— Но всё равно, завтра я с ним погуляю, а ты отдохнёшь. Как соседи? Вопросы не задают?

— Как это, не задают?! — обожаю видеть, как мама улыбается. — Посёлок небольшой, новые люди привлекают внимание. Но я говорю всё, как ты сказала, что на пенсии хочется на свежий воздух, да с внуком нянчиться.

— Хорошо мама, как только соберу больше денег, мы уедем ещё дальше.

— Ох, дочка… — наш разговор прервал мой телефон, на экране высветилась имя "Марк Андреевич", что ему надо в десять вечера?

— Лебедева, мне нужен файл из зелёной папки с моего стола, отправь мне его через факс, — ни тебе «добрый вечер Леся», ни тебе «пожалуйста».

— Я как бы не в офисе, Марк Андреевич, — он на часы смотрит или нет?

— Как это? А где ты? — недовольство в голосе режет уши.

— Марк Андреевич, простите, но моё личное время… — не успела я договорить, как босс начал орать.

— Лебедева, ты на испытательном сроке, какое к чёрту личное время, — и это был не вопрос.

— Но вы не предупредили, — пытаюсь спокойно ответить — бесит он меня.

— Я и не должен предупреждать: двадцать четыре на семь, Лебедева, забыла свои обязанности? — вот же козел. — Ладно, дуй в офис и отправь мне файл.

— Лебедева, ты начинаешь меня раздражать!

«Взаимно», — подумала я.

— Почему это ты не можешь выполнять свои обязанности?

— Меня нет в городе, и вообще, десять часов вечера, Марк Андреевич, — уже возмутилась и я: какая наглость.

— Как десять? Уже? — о! Ожил, — До понедельника, Лебедева, — последние прозвучало так, что я поняла: в понедельник меня ждёт весёлое утро.

Провела два дня с сыном, пытаясь не думать, что в понедельник я останусь без работы. Документы, которые взяла с собой, всё же разобрала, может смягчится босс… Монстр — всё же он и есть монстр.