Мое имя. Которое мы договорились не использовать нигде. Он выгораживал себя за мой счет. Он… Тот, кого я считала спасителем. Своим героем...

– Как тебе, а? Девушка, – скривился Юла и засунул телефон в карман. – В твоих мечтах, козел.

Он схватил меня за руку и обернулся к Блефу.

– Справишься с ведьмой?

Громила кивнул, показывая на баночку с мазью.

– Мэй дала. Сказала, что на всякий случай. От ожогов.

Юла улыбнулся, хотя все еще был на взводе, и потащил меня в спальню.

– Вылет через три часа, Блеф. Сегодня четвертое. У нас есть сутки, чтобы добраться в Австралию. Берем самолет Драгова, – с этими словами он грохнул дверью и швырнул меня на кровать.

Он опять метался по комнате, точно юла, пытаясь усмирить свои эмоции. Я же была на удивление тихой. Шок не прошел. Финн убил охотников. И подставил меня. Что я вообще о нем знала? И было ли это правдой?

– Ты спала с ним? – спросил меня Юла прямо таки в лоб.

– Кто такая Мэй? – одновременно прозвучал и мой вопрос.

– Ты первая, – потребовал он. И вот тут я поняла, что лучше не спорить.

– Не то чтобы это твое дело, но нет. Я была ребенком, когда он спас меня.

Это было в Германии. Он отвез меня к своей знакомой, пожилой женщине. Она вырастила меня, и мы всем говорили, что она моя бабушка. Она была болгаркой, потому я с детства учила два языка. Два года назад, когда мне исполнилось восемнадцать, я попросила Райса взять меня в команду, чтобы охотиться на вампиров. Он начал приезжать чаще, учил меня драться и давал небольшие задания. Пойди туда, привези то, проследи за тем, подслушай того. Ничего серьезного. Но затем он предложил работу в Софии. Дальше ты знаешь. Он дал мне порошок и велел устроиться в бар возле кладбища. Теперь я понимаю, почему именно возле кладбища. Больше шансов встретить вампира. Он оберегал меня, как ребенка. Но никогда ничего из того, что ты подумал…

Юла поморщился и взобрался на кровать так быстро, что я бы никогда не успела выставить блок, будь я простой девушкой. Но теперь я успела. И все равно он оказался сильнее. Спустя несколько секунд безмолвной борьбы, он навалился сверху, все же следя за тем, чтобы не сильно давить.

– Я видел, как он смотрит на тебя. Уж поверь, ничего отцовского в том взгляде не было.

– Ты хочешь услышать, что ему все равно ничего бы не светило, потому что все мои мысли о тебе с той самой секунды, как мы встретились? – я опять не удержалась от колкости.

– Да, – ответил Юла. Мы все еще продолжали играть в эту игру. – Хочу.

– Ты сам сказал, что я больше не та Роксана. Наверное, желание к тебе умерло вместе с той старой. Потому что сейчас больше всего мне хочется несколько раз стукнуть тебя головой о стенку и приступить, наконец, к прочтению кодекса.

– Мило. – Он изогнул губы. – Но откровенная ложь.