Позвонить родным? Тогда сразу Орда примчится… Они подтянут всех знакомых, какие только есть. Потом начнут нянчиться. Гипер-опека…

Нет, пожалуй, здесь останусь.

Помощника Тиграна разместили в реанимации, а сам Тигран вроде бы пришел в себя, но меня к нему пока не пускали.

Я же понять не могла, зачем мне надо к нему… Надо — и все!

Дежурила в коридоре у палаты, выпросила зарядку и клевала носом, засыпая сидя.

— Боже, ты что, здесь до сих пор?!

Я встрепенулась и едва до потолка не подпрыгнула от звука голоса.

Протерла глаза и невольно испытала смущение от вида Венеры.

Она, в отличии от меня, времени зря не теряла, привела себя в порядок, переоделась в стильное черное платье, объемный пиджак с леопардовыми туфельками. Через плечо перекинут модный рюкзачок. В руках — лаконичный букет из бордовых и белых роз, плюсом шла небольшая открытка «Скорейшего выздоровления».

— Привет, — хрипло отозвалась я.

На ее фоне… я смотрелась погорельцем, лишенным дома.

Сердобольная медсестра разрешила мне помыться, дала пижаму застиранную и резиновые тапочки. Но от меня до сих пор воняло дымом, а волосы оставляли желать лучшего.

Вряд ли бы Тигран будет рад увидеть закопченную замарашку, но зато я смогу сказать ему «спасибо» за спасение. К тому же он поймет, что нам не по пути и перестанет наседать на меня с требованием отдать ему девственность.

— Глазам своим не верю. Тебе некуда идти? Моя сиротка… Сейчас я распоряжусь, водитель отвезет тебя. Вымоешься, поспишь. Мои помощницы соберут тебе одежду, а потом я что-нибудь придумаю. Без крыши над головой не останешься! — пообещала Венера и достала телефон.

— Нет-нет, спасибо. У меня есть семья, родные. Просто не хочу тревожить их посреди ночи. Утром позвоню… И потом я еще спасибо не сказала. Тигран требовал, будь рядом… — осеклась под ироничным взглядом Венеры.

Она подошла ко мне плавно и погладила по плечу.

— Наивная. Люди в момент стресса и не такое потребуют.

— Еще я не знала, кому звонить. Он сказал. Некому. Как это — некому? Быть такого не может!

— Но ты и сама никому не позвонила. А говоришь, есть семья.

— Потому что если я позвоню, сюда полгорода примчится, а уже завтра мне организуют путевку в пансионат для больных бабушек, где-нибудь подальше от цивилизации, для восстановления здоровья. У меня большая и дружная семья. Иногда даже слишком дружная… Я лучше утром тихонько вернусь, и все, никто ничего не узнает.

— Ты на весь коридор… копченым пахнешь. Это за один раз не вымоется. Даже если ты ничего не скажешь, они унюхают. Так что давай, сиротка, спускайся, мой водитель отвезет, куда скажешь.

— Спасибо. Но до утра чуть-чуть осталось. Я здесь буду, — сказала я и села в кресло.

Венера посмотрела на меня так, будто ждала, что я уйду.

Но я уходить не собиралась.