Могло даже показаться, что он получил от этого удовольствие.

– Малой была предательницей, явно вошла в сговор с гоблинами. Каким-то образом её гнусный план обернулся против неё, и она погибла. Я хочу, чтобы ты немедленно включил программу кремации шлема, и мы закроем дело этого офицера полиции, вставшего на путь предательства.

Жеребкинс пришёл в ужас."

"– Активировать дистанционный крематорий? Я не могу так поступить!

Сул закатил глаза.

– Снова собственное мнение. У тебя нет никакой власти, ты должен только подчиняться!

– Но буквально через тридцать минут я получу изображение со спутника, – запротестовал кентавр.

 – Мы можем немного подождать!

Сул локтем оттолкнул Жеребкинса от клавиатуры.

– Ответ отрицательный. Ты знаешь правила. Нельзя оставлять тел, которые могут обнаружить люди. Правило жестокое, я понимаю, но необходимое.

– Шлем мог выйти из строя! – хватался за соломинку Жеребкинс.

– Могло ли случиться так, что показания всех жизненных функций исчезли с экрана одновременно из-за неисправности аппаратуры?

– Нет, – вынужден был согласиться Жеребкинс.

– Какова вероятность такого события?

– Один шанс на миллион, – с несчастным видом произнёс технический советник.

Сул пытался разобраться в клавиатуре.

– Если у тебя не хватает храбрости, кентавр, я сам это сделаю.

Он ввёл пароль и привёл в действие детонатор в шлеме Элфи. На крыше мюнхенского отеля шлем исчез в облаке кислоты. Теоретически то же самое должно было произойти с телом Элфи.

– Вот и все, – удовлетворённо произнёс Сул. – Её больше нет, и мы можем спать спокойно.

«Только не я, – подумал Жеребкинс, в отчаянии глядя на экран.

 – Лично я не скоро смогу спать спокойно».

Темпль Бар, Дублин, Ирландия

Артемис Фаул очнулся от полного кошмаров сна. В них странные красноглазые чудовища распороли ему грудь похожими на ятаганы клыками и пожирали его сердце. Он резко сел на короткой койке и машинально коснулся ладонями груди. Его рубашка заскорузла от засохшей крови, но никакой раны не было. Артемис сделал несколько прерывистых глубоких вдохов, чтобы усилить приток кислорода к мозгу. «Оценивай ситуацию, – так всегда говорил Дворецки.

 – Если оказался на незнакомой территории, ознакомься с ней, прежде чем отрывать рот. Десять секунд наблюдения могут спасти тебе жизнь».

Артемис осмотрелся, хлопая веками, как затвором фотоаппарата, подмечая малейшие детали. Он находился в небольшом чулане площадью примерно три квадратных метра. Одна стена была полностью прозрачной и, судя по всему, выходила на набережные Дублина. Судя по положению моста Тысячелетия, комната находилась где-то в районе улицы Темпль Бар.