– Обычно так делают, когда хотят, чтобы наследство досталось кому-то определённому, но не досталось другому.

Николетт догадалась, на что намекает племянница короля.

– Думаешь, кроме законных наследников, у Фамилиена были и незаконные? Думаешь, у него могла быть связь с его экзотической птичкой, которая покорила сердце, и от этой связи появились дети? Это для них он спрятал самое ценное в тайнике?

У Николетт сердце сжалось от догадки. Так хотелось, чтобы судьба оказалась благосклонна к Фамилиену и подарила ему хотя бы немного счастья.

– Полагаю, такое вполне возможно, – согласилась Августа. – Жаль, что картина была украдена, и никто из потомков так и не получил то, что оставил им Фамилиен.

– Всё ещё можно исправить, – улыбнулась Николетт. – Теодор и Матис – ведь тоже потомки. Может, хотя бы они найдут пропавшую картину, а с помощью неё и сокровища Фамилиена?

– Боюсь, что лорд мог перенести тайник в другое место, когда картину украли. Вряд ли он хотел, чтобы похититель воспользовался подсказкой и добрался до тайника. Тогда искать полотно вообще бессмысленно.

– А может, и нет, – Николетт не хотелось терять надежды. – Возможно, Фамилиен не стал переносить тайник, потому что не боялся, что его тайнопись сможет расшифровать посторонний. А значит, до сих пор существует шанс разгадать эту старую загадку.

– Шанс есть всегда, – согласилась Августа. Блеск в глазах и уголок рта, приподнятый в авантюрной улыбке, говорили о том, что она совсем не прочь помочь Николетт в её поисках.

Если бы сгущающиеся сумерки не заглядывали в окно, предупреждая о позднем часе, то Августа и Николетт обязательно бы продолжили изучение документов. Но надвигающаяся ночь заставила их прощаться. Они договорились, что как только у них появится свободное время, снова вернутся к бумагам.

День завтра предстоял насыщенный – приезд Мариэллы, приём, открытие выставки, поэтому Николетт решила отправиться спать пораньше. Ночь ещё не отвоевала свои права у длинного весеннего вечера, а Николетт уже облачилась в кружевную сорочку и легла в кровать. Но сон не шёл. В голове каруселью крутились события сегодняшнего дня. И больше всего не давал покоя, конечно, тяжёлый разговор с генералом Дидье. Всё-таки откуда он узнал о том, что Николетт интересуется старой легендой? Теодор почему-то не поверил, что здесь, в замке, может действовать шпион генерала. А зря. Самой Николетт эта версия казалась вполне правдоподобной.

И чем дольше она над этой версией думала, тем больше находила доказательств в её пользу. В конце концов, Николетт так уверилась в своей правоте, что даже испытала лёгкую досаду на Теодора, что тот не оценил её гениальную догадку.