Я думаю, бумаги, которые вы держите в руках, это всего лишь чья-то попытка написать роман, – усмехнулся Теодор. – И надо отдать автору должное – талантливая попытка.

В словах лорда была логика. Но роман это или не роман, Николетт хотелось узнать, что произошло дальше.

– Здесь явно не хватает нескольких листов, – она кивнула на записи. – Повествование обрывается неожиданно. Где-то должно быть продолжение. Вы пробовали найти?

– Я не нашёл продолжение. Но догадываюсь, чем закончилась история.

Теодор не успел ответить на вопрос. Дверь в библиотеку распахнулась, и внутрь вкатился… довольный розовощёкий папенька. Какими судьбами родителя снова занесло в Рош-ди-Вуар? Крайнее удивление не помешало Николетт подскочить на ноги. Руки папеньки были раскрыты, он стремительно приближался, и она приготовилась очутиться в отцовских объятиях. Но неожиданно вся буря приветственных эмоций вместе с объятиями обрушилась на Теодора.

– Зятёк, дорогой! – отец потискал остолбеневшего лорда. – Я, как только узнал, сразу в дорогу. Ох, молодость! – погрозил он беззлобно пальцем. – Вот так, сгоряча, без отцовского благословления?

Николетт сама начала ощущать, как потихоньку столбенеет. Это что же, папенька как-то узнал о «тайной помолвке» дочери? Кухарка проболталась? Или Мариэлла? А может, генерал Дидье?

– Папенька, ээээ… понимаешь… – только и смогла выдавить Николетт.

– Конечно, понимаю, – отмахнулся отец. – Не беспокойтесь, дети, я мешать вашему счастью не намерен. Ох, зятёк, – снова переключился он на Теодора, по-отечески похлопывая по плечу, – а я ведь сразу почувствовал. Ещё в прошлый мой приезд. Родительское сердце не обманешь.

Отец довольно крякнул и продолжил свой радостный монолог:

– Тебе, мой дорогой, повезло, малышка-то моя, красавица, благовоспитанная, прилежная, молчаливая, кроткая, – перечислил папенька все качества, которые требовал от будущей супруги генерал Дидье.

– Кроткая, – с каким-то нервным смешком повторил пребывающий в крайне озадаченном состоянии Теодор.

– И приданое у неё вполне приличное, – заверил папенька.

– Приданое? – это уже пискнула Николетт.

Она думала, что безвыходная ситуация совсем лишила её дара речи. Но от изумления голос всё-таки прорезался. Николетт была уверена, что всё, что у них в имении представляло хоть какую-то ценность, уже было отдано в качестве приданого сёстрам. И давно свыклась с мыслью, что является бесприданницей.

– Да, приданое. Разве мог я обделить мою младшенькую? – папенька, наконец, оторвался от «зятька» и потрепал по голове Николетт. А потом махнул рукой кому-то в коридоре: – Вносите!

Глава 35.