Собираю с пола книгу, разворачиваю помявшиеся страницы и возвращаю на место. 

Я чувствую себя полностью потерянной. В голове будто не мысли, а каша с плотными комочками. Бросив последний взгляд на место, где произошел мой самый первый поцелуй, бегу отсюда прочь. 

Мне шестнадцать. Туалет в библиотеке. Я придирчиво рассматриваю, наверное, впервые за всю свою жизнь, отражение. Медового цвета локоны, зачесанные назад в уже порядком растрепавшуюся косу, бледная кожа, на которой особенно четко выделяются румянец. Самые обычные губы, брекеты и очки, за стеклами которых лихорадочным блеском сияют каре-зеленые глаза. 

Снимаю очки, медленно распускаю волосы. Снова смотрю на отражение, пытаясь понять, изменилась ли я. Нет, все те глаза, уши, рот. Разве что видеть стала гораздо хуже, а с косой удобнее. 

Мне шестнадцать. И я, кажется, влюбилась.  

Я узнаю ее раньше, чем она разворачивается в мою сторону. По голосу. Глубокому, нежному, который я помню до сих пор. А особенно остро впились в мою память ее стоны. 

- Хорошо, - отвечаю отцу, но смотрю на нее. Лавиния. Вин. Горькое вино, которое я когда-то решил оставить в прошлом. 

Разглядываю ее не стесняясь. Ищу то, что осталось от наивной девчонки с очками. Бархатное платье до пола, открывающее только хрупкие плечи и спину, накрашенные глаза и губы, темно-медовые локоны, собранные в высокую прическу. Она стойко выдерживает мой взгляд, не опускает свой, не краснеет и даже приобнимает моего отца. Своего жениха. 

- У меня есть еще дела, - говорю старику. - Давай поторопимся? 

- Снова тренировки? - участливо интересуется он. 

- Да, - киваю. - Тренировки. 

Я не понимаю, почему злюсь. Смотрю на счастливое лицо Лавинии, и меня накрывает. Разрывает на части. Она никогда не была моей. У нас не было ничего серьёзного. Тогда почему от мысли, что она спит с моим отцом, мне хочется как минимум проблеваться? 

- Скай, начинаешь играть после речи, - информирует папа, когда мы оказываемся за сценой. 

Снова киваю и говорю, что все будет по высшему разряду,  и я рад помочь. Безбожно вру. Последнее, что мне хочется делать - собственноручно создавать романтическую атмосферу для этих двоих. Но все равно сажусь за рояль. Перебираю в голове композиции, вспоминая нужную. 

- Сегодня я собрал вас всех не только для того, чтобы отпраздновать успех нашего фильма, - звучит голос отца, усиленный микрофоном. - В присутствии самых близких друзей, я бы хотел сделать еще раз предложение той, что украла мое сердце. Той, без которой с некоторых пор я не представляю свою жизнь. 

Только от этих приторных слов у адекватных людей может развиться диабет. У меня, например. Потому пытаюсь как-нибудь себя развлечь, чтобы не слышать долгие признания в любви без срока годности и верности до гроба. Ни черта не выходит.