Дальше я ничего не вижу.

– Тессиль тоже исчез. Я приказал страже обыскать всю столицу и доставить его сюда.

Вздохнув, Ринка устало потерла виски.

– Что, если он догадался обо всем и сбежал?

По лицу беловолосого проскользнула хищная ухмылка:

– Далеко не сбежит. Я закрыл границы Луаризель. Никто не войдет и не выйдет, пока мы не найдем его.

– Но его бегство говорит само за себя, – заметил Брент. – Аэри права. Герцог Тессиль связан с нападением на карету, а значит и с илитиири Стальных холмов. И целью нападения был Луннар. В чужих руках родовая реликвия станет бесполезным камешком, но кто-то очень не хотел, чтобы этот камешек попал в столицу.

– Почему же раньше не забрали его? – удивилась девушка. – Любой мог бы отобрать камень у старика!

– Как бы не так, – хмыкнул Рив. И признался: – После казни Алиэрна все его подданные были расселены, и я поставил магический барьер на то, что осталось от замка. Не хотелось, чтобы там рыскали мародеры или другие темные личности. Особенно илитиири. Они любят места насильственной смерти и частенько используют их для своих ритуалов. А старик, о котором вы говорите… – эльф на секунду задумался. – Он был единственным, кто отказался уходить с остальными людьми. Мы пытались забрать его силой, но он вырвался и убежал. Спрятался в развалинах, и я приказал не трогать его. Что взять с безумца? Правда, тогда он стариком еще не был, вполне крепкий мужчина.

Его прервал тихий стон. И все трое, встрепенувшись, уставились на эльканэ.

Эландриль медленно разлепил ресницы. Обвел присутствующих затуманенным взглядом и слабо спросил:

– Господа… чем обязан?

Его глаза задержались на Ринке, тонкие губы осветила улыбка, а потом взгляд наткнулся на каменное лицо Брента.

– Уркх? – принц спросил это так, словно сомневался в увиденном. – Что он здесь делает?

– Спасает вашу бесценную жизнь, мой эльканэ, – шагнул вперед Лиатанари.

– Но… разве уркхам не запрещено находиться в столице?

Эландриль на мгновение растерялся. Он чувствовал слабость, которая не давала сосредоточиться и связно мыслить. Но в то же время ему совершенно не нравилось, что упомянутый уркх стоит за креслом его невесты, почти жены, и так фамильярно держит руку у нее на плече.

Он хотел возмутиться, но губы не слушались. Голос тоже отказывался подчиняться.

И тут Ринка будто почувствовала его смятение. Подалась к нему, сжала руку и послала мысленный импульс.

– Что она делает? – напрягся Брент.

– Эльканэ прекрасно читает мысли, как и его отец. Танатаэль не утратил этой способности даже на смертном одре.

Минуту спустя глаза Эландриля устало закрылись. Ринка же, отпустив его руку, глянула на мужчин.

– Он сказал, что видел Тессиля, но думал, что тот ему снится.