После нашего откровенного разговора я только умилялась: до чего ж у моего брата нетривиальный вкус на девчонок! Прелесть! Кто ж знал, что у Ромки в классе эта Катя не единственная… А потом моя полненькая Катька исписала всю лестничную площадку красной краской: «Роман, я тебя тоже люблю!» И вообще прохода ему не давала. Обрывала нам телефон своими звонками. Брату еще пришлось перекрашивать стены в подъезде. С тех пор мы с мамой больше не вмешиваемся в Ромкины дела. От греха подальше.

– Нет! Я ни с кем не встречаюсь, – ответил брат.

– И я нет! – вздохнула я.

– Так ты запала, что ли, на кого-то? – обрадовался Ромка. – Да ладно?

Я снова поморщилась. Что за слово такое – «запала»?

– Нет, Ромочка! Я не влюбилась!

– Это хорошо, – брат внимательно наблюдал, как я отправляю в рот очередной ломтик картошки с соусом. – А то мне кажется, что тебя скоро разнесет. И будешь вот так на кухне сидеть страдать и слезки вытирать своими пухлыми кулачками от безответной любви…

– Вот ты ж дурак! – Я замахнулась на брата.

– Если тебе так приспичило запасть на кого-нибудь, – продолжил Ромка, – то мое предложение по-прежнему в силе!

– Какое еще предложение? – удивилась я.

– Помнишь, я тебе говорил о своем старом приятеле, который про тебя спрашивал…

– Насколько он старый? – деловито уточнила я. – Если уж совсем древний дедулька, то вряд ли у нас что-то…

– Вот! Узнаю Риту! – рассердился брат. – Опять ёрничаешь? Ты же поняла, о чем я.

– Да поняла-поняла! – отмахнулась я. – Уж и пошутить нельзя! Так что там с твоим старым приятелем?..

– Он совсем состарился и умер! – буркнул Ромка.

– Ну что ты сразу обижаешься? – развеселилась наконец я."

"– С тобой начинаешь на серьезную тему разговаривать, щепетильную, так сказать, а ты… В общем, мой приятель по-прежнему хочет с тобой встретиться!

– Правду говоришь? – удивилась я.

– Ну! Хочу свидание с твоей Ритой, говорит! Вдруг я все-таки ей понравлюсь?

– Вот настырный какой! – почему-то рассердилась я.

– Ага, упрямый старикашка! – гоготнул Ромка.

– Передай ему, что сердце мое занято! – отрезала я.

– Ну, ты прямо роковая женщина! – проговорил «восхищенно» Ромка. – Всю мою картошку съела, Клеопатра…

Брат схватил со стола бутылку с колой.

– Если что, я буду в своей комнате! – сообщил мне Ромка и вышел из кухни.

Я сделала еще глоток шипучей жидкости. Вкусная, зараза. Как же это нечестно, когда то, что может причинить тебе вред, такое вкусное. Порой кажется, эту теорию можно отнести и к людям. Например, что заставляет других девчонок встречаться с таким, как Заяц? Который живет, как он сам признался, сегодняшним днем. Неужели хочется стать очередной? «Это не означает, что я не допускаю возможности прожить с человеком всю жизнь и умереть в один день», – говорит Заяц.