Дразнящая женственная красота Аларики, которую не портил даже черный костюм, превративший ее в лукавую ведьму из старинных сказаний, разбередила душу, и чтобы восстановить утраченное душевное равновесие, Филипп заставил тело работать физически - взобрался на вал древней морены, превращенный выветриванием в стену бастиона с башнями и бойницами. И обнаружил здесь еще одно "зеркало". Воровато оглянувшись, сунул руку в гладкую плоскость. Рука исчезла. Ни тепло, ни холодно. Филипп попытался выдернуть ее обратно - не тут-то было! Впечатление такое, что рука вмурована в монолит! Вперед - пожалуйста, а назад - легче отрезать.

Потоптавшись у "зеркала", понимая, что выглядит со стороны смешно, он вынужден был пройти "перевертыш", и вышел обратно без всяких вторичных эффектов - кроме задержки во времени (на двадцать две минуты, как он узнал потом).

Вспомнив замечание Станислава, Филипп посмотрел на лагерь и странное подозрение зародилось в мозгу - с этой точки лагерь также просматривался великолепно!

Эксперт оперся рукой о камень и невидящее уставился на какое-то тщедушное существо, уползавшее из-под ног под защиту каменного козырька.

Черт возьми! Развивая мысль Славы, "зеркала" можно представить как своеобразные следящие устройства! С туннельным пространственным эффектом. Но кому это нужно - следить за лагерем! Аборигенам? Чушь! Планета признана необитаемой… Тогда кому?

Филипп поморщился, а подозрение уже крепло, превращалось в уверенность: не чушь, не чушь! Недаром и Шалва связал события - грузы и "зеркальные перевертыши". И Земля тоже, случаи-то уже не единичные! Сначала на Истории, теперь на Шемали, да и дома, на Земле, хотя непонятно, за кем там следить.

За ним, Филиппом? Невелика шишка… А, может быть, совпадения? С чего это у меня вдруг заиграло воображение? Как там говорил Слава: эксперт должен быть выдержанным и многозначительно немногословным… если нечего сказать.

Он усмехнулся, сделал шаг и… шарахнулся в сторону: ползущее лохматое существо, похожее на шапку-ушанку, вдруг подпрыгнуло, плюнуло в его сторону чем-то желтым и издало таквй дикий вопль, что с минуту со всех сторон доносилось каркающее эхо.

Существо, как ни в чем не бывало, опустилось на камни и поползло прочь, не сводя с замершего человека нескольких пар глаз-бусинок.

– Однако! - пробормотал оглохший Филипп и вежливо приподнял несуществующую шляпу.- Простите, сэр, я вас, кажется, напугал? Но и вы в долгу не остались, так что дуэли не будет.

Засмеявшись, он повернул назад, прыгая с камня на камень, спустился к подножию "крепостной стены", еще раз посмотрелся в "зеркало", невозмутимо, отражающее желтый пламень неба, и припустил к таким же чистым и желтым куполам лагеря.

Три дня провел Филипп возле таинственных "зеркальных перевертышей".