Я обошел завал, заглянув наверх, но все было плотно. Дошел до саркофага, но трогать его не стал — вся внутрянка была заляпана чем-то полупрозрачным. И эта хрень, мало того, что светилась, так она еще в тепловизоре выдавала какие-то запредельно горячие для Мерзлоты значения. Если это навык фоггера, то, может, зря я ждал отката киберведьмовского копировального аппарата.

Поднявшись в полный рост, пошел по следу маркера. Все больше удивляясь странному месту, в которое угодил. Какие-то не до американские горки — тоннель то поднимался, то опускался, то плавно заворачивал, но лишь для того, чтобы сразу же свернуть обратно. Потолок постепенно становился выше, постепенно из каменного превращаясь в ледяной. А вместе со льдом начал появляться и тусклый свет, неизвестно сколько раз преломленный, пока он до сюда добрался. Радиус сканера Искорки увеличился до пятидесяти метров (только вверх), но до поверхности так и не добивал.

После десятка очередных зигзагообразных поворотов я попал в большую пещеру. Света стало больше, на камнях появился наметенный снег. Неожиданно, но приятно. Вспомнилось ощущение первых вылазок в Мерзлоту — монстры, подземка, жажда исследований и радость открытий.

Сверился с картой: от гробницы я ушел уже на пару километров, а фоггера так и не догнал. При этом маркер был где-то рядом со мной, почему-то в стене. А энергетический фон так вообще вихрем крутился со всех сторон. Я замер, а потом потихоньку начал сдавать назад.

«Кажется, я ошиблась, — неожиданно заявила Искорка. — Провожу повторное сканирование».

— В чем?

«Не учла температурные аномалии, из-за этого не зафиксировала часть органических соединений», — пискнул дрон.

— Много? — прошептал я, делая еще один шаг назад.

Вместо ответа, данные на радаре мигнули и перестроились, показав сразу несколько десятков маркеров, окруживших меня с обеих сторон.

Только я хотел высказать все, что думаю, в общем, о сканерах дрона и, в частности, про значение слова «часть», как ближайший ко мне маркер обрел форму. Кусок стены треснул и оттуда, довольно неуклюже переваливаясь с боку на бок, на меня вышло нечто, что я сначала принял за ледяного хорька.

Внимание! Опасность контакта с Малым керстусом.

Еще и система вовремя опомнилась. Либо у нас какой-то день слоупоков под землей, либо взрывы не прошли даром. Монстр сделал несколько шагов вперед, зайдя в более светлую зону, и я понял, что это ни разу не хорек. Скорее — крот. Маленькие черные глазки, коренастое тельце. Плюс подарки от эволюции в Мерзлоте: костяной гребень на спине и два кривых бивня в довесок к острым коричневым клыкам.

— Ладно, с этими справимся уж как-нибудь. Их, конечно, много, но мелкие, — я прицелился в ближайшего, ища линию, где череп еще не перешел в гребень.

«Эмм, — зависла Искорка.