— Он сам тебе сказал, что собирается на ней жениться? — Лена почувствовала, как внутри у нее все заледенело, руки и ноги не повиновались, горло сдавили спазмы.

— Нет, но… — Максим Максимович увидел застывшее, неестественно бледное лицо дочери. — Лена, что с тобой? — И внезапно, словно о чем-то догадавшись, стукнул себя по лбу. — Ох, я старый дурак! У тебя же завтра тяжелый день. Сейчас же в постель, и никаких разговоров. Успеешь еще все увидеть!

Лена остановилась на пороге:

— Насчет меня с ним говорил?

— По-моему, Ленок, он не очень это дело приветствует, но я тебе даю слово, что попытаюсь еще раз с ним переговорить.

Лена поднялась в Спальню, разделась, а перед глазами все стояло красивое и счастливое лицо Натальи.

Лена заплакала. Она горько рыдала в подушку, боясь потревожить отца. В бессилии грызла наволочку, не понимая, что же такое с ней происходит. Она ненавидела себя за свою слабость, ненавидела Алексея за то, что бессовестно попользовался ею, а потом еще и любовницей предлагал стать. Но почему она так сильно переживает из-за его будущей женитьбы?

Кажется, надо радоваться, что это похотливое животное оставило ее в покое.

Она ему больше не нужна, поэтому и на прииск не хочет брать. Не хочет, потому что боится: пойдут разговоры, и конечно же Наталья будет против. Но она своего добьется. Лена села на кровати. Завтра же переговорит с ним сама.

И пусть только откажет! Она решительно сжала руки в кулаки.

Выпив две таблетки снотворного, Лена откинулась на подушки. Завтра он узнает, с кем имеет дело, подумала она с удовлетворением, засыпая.

…У соседей еще не спали. Эльвира Андреевна, потчуя сына поздним ужином, подробно рассказала о всех поселковых новостях. За три дня она успела познакомиться почти с половиной его жителей и на удивление быстро вошла в курс всего происходящего. Помимо всего прочего, ее выбрали в комитет по подготовке к празднику, и они с Фаиной Сергеевной моментально нашли общий язык.

После ужина сын закурил, задумчиво вглядываясь в открытое окно. Внимательный материнский глаз уже заметил несколько быстрых взглядов, словно нечаянно брошенных в сторону соседского дома.

Сделав вид, что ничего не понимает, она, продолжая предыдущую тему, сказала:

— Соседи тоже не спят. Видно, Максим Максимыч Леночке о ваших подвигах рассказывает.

У сына дернулась щека, и, непривычно глубоко затянувшись сигаретой, он закашлялся. А Эльвира Андреевна продолжала как ни в чем не бывало:

— Чудесная девушка Елена Максимовна, что бы я без нее делала, не знаю.