— Ты же не хочешь? Не хочешь, чтобы меня убили?

— Как проиграл в карты? - все ещё не веря в правдивость его признания, спрашиваю я,

Эта новость становится для меня настолько неожиданной, что мысли путаются и спотыкаются друг о друга.

— Ты что играешь? Все это время...все мои сбережения, всё, что сдавал в ломбард, ты спускал на игру?

—А что мне было делать? Ты забыла, что из-за твоего старика я не могу найти работу, — чуть ли не плача, произносит он.

— Это не оправдание Инглаб! — повышаю тон, — Я не стану звонить отцу и просить у него деньги.

Его лицо вновь меняется, покрывается злой маской. Он подходит ко мне, резко хватает за руку и вкладывает мобильный в ладонь.

— Ещё как позвонишь, сучка! — цедит сквозь зубы.

Я чувствую, как злость охватывает меня. Ещё никто и никогда не говорил со мной таким тоном и не оскорблял таким образом.

— Что ты вообще себе позволяешь?! — отбрасываю телефон.

Он отлетает в сторону и, ударяясь об стол, падает на пол. Инглаб бросается за ним, поднимает мобильный, словно обезумевший, рассматривает, проверяя, работает ли он. Лихорадочно нажимает кнопки. Поднимает на меня затуманившийся злостью взгляд.

— Что ты бл*ть сделала? — выкрикивает, двигаясь в мою сторону. —Ты разбила его!

Я не успеваю ничего понять, как он наматывает в кулак мои волосы, заставляя заорать от боли.

— Где я теперь достану деньги? Ты позвонишь, позвонишь отцу и будешь умолять его дать деньги.

Я продолжаю кричать от боли, он не отпускает мои волосы, волочит меня из стороны в сторону.

— Ингла-а-аб,— кричу, пытаясь остановить его. — Отпусти!!!

— А может мне предложить им тебя, а?

Останавливается резко. Дергает волосы назад, заглядывая мне в лицо. Его лицо озаряется от радости.

— Бл*ть! Точно! Почему это не пришло мне в голову раньше? Когда они узнают, чья ты дочь, и какой можно выкуп за тебя запросить...

— Отпусти меня, урод, — шиплю, от боли появляются слёзы на глазах.

Дёргаюсь, пытаюсь отцепить его пальцы от своих волос, но получив удар кулаком в челюсть падаю на колени. В глазах темнеет, чувствую металлический вкус крови во рту. Он тащит меня на диван и бросает на него. Отходит от меня.

— Все равно пользы от тебя нет никакой, сучка драная! Отцу она своему звонить не будет! Да нахуй ты мне сдалась без отца своего? Я с тобой познакомился то из-за того, что ты его дочь. Ты для меня была курицей, несущая золотые яйца. Женился бы на тебе и жил припеваючи до конца дней своих, как зятёк самого Мураза Низами.

Слышу его голос сквозь звон в ушах. Сажусь, совладав со зрением, вижу, как он открывает один за другим ящики шкафа.

«Ищет веревку, чтобы завязать мне руки и ноги.» — озаряет страшная догадка.

Смотрю на двери, затем на него, прикидываю, успею ли я добежать прежде, чем он меня настигнет.