На въезде в город я остановилась у телефона-автомата. Слава богу, автомат был допотопный и, напоминая о советских временах, работал от монеток. Набрав номер Марата, я дождалась, пока он снял трубку, и глухо сказала:

– Марат, это Вика, Милина подруга. Совсем недавно его убили. Он лежит на заднем сиденье моей машины.

– Ты в своем уме? – всполошился Марат.

– Я говорю правду. Я не знаю, что мне с ним делать. Я ведь даже не знаю, где он живет… Я вообще про него ничего не знаю…

– Где ты находишься?

– При въезде в Москву. Ленинградское направление. У меня серебристый «Форд».

– Стой на месте и никуда не двигайся.

Повесив трубку, я хотела было позвонить домой, но передумала. Еще слишком рано для того, чтобы будить родителей, если, конечно, они спят. Сейчас я навсегда распрощаюсь с Антоном, потом поеду домой и снова начну поиски сына. Правда, я уже сомневаюсь в том, что вообще смогу что-либо сделать в жизни.

В работавшей круглосуточно палатке я купила дагестанский коньяк и небольшую шоколадку. Я никогда не любила коньяк, а уж тем более самопальный, но в этот раз я пила его, словно бальзам, который хоть как-то успокаивал мои нервы. Я сидела на заднем сиденье. Голова Антона лежала на моих коленях и была очень тяжелой.

– Вот и все, Антоша. Вот и все, – прохрипела я. – Сейчас тебя заберут, и я больше никогда тебя не увижу… Никогда… Знаешь, как это страшно, сначала полюбить человека, а потом никогда его не видеть…

Я не помню, сколько я просидела в машине. Но бутылка коньяка опустела, а от шоколадки остался один маленький кусочек… Наконец рядом со мной остановился огромный джип и помигал мне фарами. Я осторожно положила голову Антона на сиденье и, пошатываясь, вышла из машины. Прямо передо мной предстали двое мужчин устрашающей внешности.

– Где Антон? – спросил тот, который был размерами побольше.

– В машине… А где Марат?

– Марат прислал нас. Он занят.

Я развела руками и произнесла пьяно:

– Конечно. Марат всегда занят. Он трахает какую-нибудь шлюху?

– Марат занят, – отрезал тот же мордоворот.

– Оно и понятно. Ему наплевать, что одна телохранительница, которая честно отработала на него несколько лет, пропала без вести, а другого просто убили. Его интересует только собственная жизнь…

Мужчины перенесли тело Антона к себе в джип. Я не хотела его терять даже мертвого, мне хотелось упасть на землю и забиться в истерике. Я задыхалась. От меня забирали любовь. Я оставалась один на один с обстоятельствами, которые обрушились на меня.

– Куда вы его повезете?

– Тебе какая разница? Похоронят по-человечески, не переживай.

– Мне очень большая разница. Антон был для меня близким человеком.

– Да ты знала его всего сутки!

– Я хочу знать, где его похоронят, – не сдавалась я.

– А Марат хотел бы знать, как он погиб.