На балконе в удобном кресле сидел молодой парнишка.

– Я вам не помешаю? – нерешительно спросила я.

Молодой человек обернулся, но ничего не ответил. Он как-то странно посмотрел на меня, даже показалось, будто он меня не видит.

– Ты хочешь жить? – неожиданно спросил он.

– Хочу… – растерялась я.

– Я тоже… Но мне осталось совсем немного. Может быть, не больше месяца.

– Ты это брось. Такой молодой, а уже помирать собрался, – дежурно подбодрила его я.

– У меня рак крови, – сказал парень. – Это не лечится. А так хочется еще хоть немного пожить. Хотя бы самую малость…

– Да, а откуда ты знаешь?

– Твой отец перепутал палату и пришел к нам. У тебя очень красивый отец. Он артист?

– Артист? Вовсе нет. Он очень богатый человек, денег полно, а сына вылечить не может.

Я стала успокаивать его. Голос у меня дрожал, я очень нервничала. Новый знакомый взял меня за руку и с отчаянием заговорил:

– Послушай меня внимательно. Мне осталось жить считаные дни, а может быть, даже часы. Месяц – в идеале. Понимаешь? Это очень серьезно. Вчера я у ординаторской подслушал разговор отца с лечащим врачом. Они скрывают от меня правду, думают, что я ничего не знаю. Мне требуется твоя помощь.

– Ты должна мне помочь. Сама знаешь, просьба умирающего – закон.

– А где гарантия, что я умру от старости? Может, от меня тоже что-то скрывают. Ведь ты совсем меня не знаешь.

– Ты выздоровеешь. Я это чувствую. У тебя все будет хорошо. У меня есть деньги. Узнав о своей болезни, я положил их в шкатулку и закопал на даче отца. Как только выпишешься, поезжай на дачу и отыщи шкатулку. В ней ровно сто пятьдесят тысяч долларов. Двадцать из них твои. Адрес дачи вот на этом листочке, – он протянул мне бумажку. – Смотри не потеряй. – Парень тяжело откинулся на спинку кресла, силы покинули его. – Только будь осторожна. Отец ничего не должен знать. На даче он бывает редко, в основном по выходным. Лучше копать ночью, чтобы не увидели соседи. В нашем саду есть одна-единственная яблоня. Копай рядом с ней, не ошибешься.

– Господи, да что ты такое говоришь?! – воскликнула я.

– Знаю, что говорю, можешь не сомневаться. Я еще в здравом уме и твердой памяти. Спрячь листок. Выкопаешь шкатулку, двадцать тысяч возьмешь себе, а остальные деньги отвезешь моей любимой женщине.

– Ты считаешь, что у меня не может быть любимой?

– Нет, ну почему? Только при чем тут я? Ты мог бы ей позвонить, рассказать про деньги. Она бы их сама забрала. Так проще и намного надежнее.

– Может быть, но я так не сделаю.

– Потому что она не возьмет эти деньги.

– А с чего ты взял, что она их возьмет от меня?

– Потому что меня уже не будет на этом свете.

Казалось, все это просто дурной сон. Какой-то нелепый, абсолютно нереальный… Хотелось только одного – чтобы он поскорее закончился.