Ему двадцать один, он работает на горно-обогатительном комбинате, читает по губам, и у него даже есть девушка. Настоящая – это могу утверждать со стопроцентной уверенностью: я видела, как он целует её во вовремя одного из наших чатов.

В целом, вы даже не подумаете, что с ним что-то не так, если увидите его на улице. И даже, если спросите у него, который час. Парень посмотрит на часы и ответит вам, потому что глухота у Матиаса не врождённая, а приобретённая после травмы – и он всё ещё помнит, как нужно говорить. Возможно, его голос покажется вам странным, ведь Матиас не слышит себя, но максимум, что вы подумаете, это то, что у парня заложен нос.

Возвращаясь к встрече в кафе – Матиас добрался вовремя. А вот у нас были проблемы. Жене – девятнадцать, и она хондродистрофик, то есть карлик. Девушка на несколько секунд опоздала на автобус, и тот уехал, не дожидаясь, пока она неуклюже добежит до остановки. В ожидании следующего она потратила время.

Алексу на тот момент было шестнадцать. У него врожденная миопатия, и он отчего-то решил, что уже достаточно взрослый для того, чтобы проехать одному на такси через весь город без сопровождающего.

Водитель такси, завидев его одного, без взрослых, вихляющего к машине на костылях, сказал, что ни за что не посадит в салон слабоумного, да ещё с «этими грязными палками». Так план Алекса чуть было не провалился, но хвала небесам – второй таксист, прибывший на вызов на замену первому, оказался человеком чутким: помог сесть и даже аккуратно разместил костыли на заднем сидении.

Так все ребята с трудом и опозданием, но добрались в тот день до кафе к половине первого. А последней прикатила я – уставшая и замерзшая. Конечно, наивно было полагать, что, если живёшь ближе всех к месту встречи, то доберёшься до него пешком за час.

Слабым звеном в этом плане были два неучтённых обстоятельства: первый – я должна была преодолеть этот километр одна и на механической инвалидной коляске, второй – дороги этого города больше напоминали Американские горки и не были приспособлены для того, чтобы на них колесили инвалиды.

По сути, это была наша вторая встреча с ребятами оффлайн, ведь мы познакомились год назад в очереди на медико-социальную экспертизу. Дело в том, что по закону всё устроено так, что тебе бывает недостаточно просто получить инвалидность – иногда её приходится подтверждать каждые два года до установки статуса «пожизненно», а иногда приходится проходить эту экспертизу повторно лишь для того, чтобы получить «блага» от государства, например, индивидуальный план реабилитации.