– Голодный? – отличный вопрос, растягиваю губы в хищной улыбке и едва не рычу вслух, заметив ее взгляд на моей вздувшейся ширинке.

– Хочешь покормить меня, детка? – низким голосом спрашиваю я. Лия выразительно закатывает глаза, на всякий случай отступая еще на шаг подальше. Нервно облизывает припухшие губы, застёгивает молнию на своей куртке.

– По дороге полно ресторанов быстрого питания, – раздражаясь из-за очередного «детка», довольно грубо отвечает Эм.

– Не люблю фастфуд, – игнорируя хамский тон, невозмутимо отзываюсь я.

– Видела я, что ты любишь, – смерив меня холодным взглядом, Эм резко разворачивается и направляется к выходу.

Бросив недопитый кофе в урну, я догоняю ее, беру за руку, переплетая наши пальцы, сжимаю крепко, чтобы не вырвалась, и позволяю вести себя к припаркованному автомобилю. Эмилия ожидаемо собирается сесть на переднее сиденье рядом с Эриком, но я без лишних слов утаскиваю ее назад.

С силой усаживаю с собой и отпускаю. Даю ей немного позлиться и смириться с наличием меня в непосредственной близости в замкнутом пространстве автомобиля. Эм, отвернувшись, смотрит в окно, а я на какое-то время погружаюсь в изучение важных сообщений в телефоне, потом делаю пару срочных звонков.

Пока говорю с Кристиной, боковым зрением замечаю, как напрягается Эмилия, резко выпрямляя спину. С фальшивым равнодушием тоже достает телефон и начинает сосредоточенно водить пальчиком по экрану.

– Кому пишешь? – закончив звонок, небрежно уточняю я. Повернув голову, изучающе смотрю на гордячку.

– Никому, – пожимает плечами. – Возвращаю тебя из черного списка, – сообщает Эм.

– Это означает, что я прощен? – вскинув бровь, я жду ответ секунд десять.

Не меньше. Эмилия поднимает на меня абсолютно нечитаемый взгляд.

– Это ничего не означает, Батлер, – мне не нравится, как она это произносит. Как смотрит на меня. В ней чувствуется отстранённость, нервозность, которых раньше я не замечал. А еще страх, плохо скрываемый, но легко осязаемый страх. Эту эмоцию я ни с чем не перепутаю.

Дерьмовое предчувствие сворачивает внутренности тугим узлом. Почему, бл*дь, она боится меня?

Сжав челюсти, я отвожу взгляд от бледного лица Эмилии и опускаю на свой стиснутый до побелевших костяшек кулак.

Пульс бешено бьется в висках, рассудок тонет в вязкой клоаке вымораживающего гнева. В голове срабатывает щелчок предохранителя, который установил когда-то я сам. Стоп, Батлер. Самообладание твое всё. Усилием воли заставляю себя расцепить пальцы, расслаблено кладу поверх колена и, опустив стекло, закуриваю, невидящим взглядом уставившись в окно.

– Что-то случилось, Адриан? – проницательно уловив резкую перемену в моем состоянии, Эмилия осторожно дотрагивается до моего локтя.