– Добрый, – улыбнулась я настолько приветливо, насколько позволял жуткий клоунский грим, который Мариэлла считала макияжем. – Нужен стол и лампа. Хочу осмотреть малыша. У него болит лапка.

– У-рррр-к! – будто бы согласился со мной детёныш и ткнул меня носом в ладонь.

И как кто-то мог подумать, что дрогоны злые? Вполне себе безобидный любитель погрызть вкусняшки.

– Прошу, леди Эванс, – указала мне себе за спину Грейс. – Как видите, дворецких у нас больше не водится. Как и горничных, конюших, да и простых крестьян… Но скажите, разве ваш отец не подыскал вам видного жениха? Почему вы здесь? До нас такие слухи доходили…

Значит, местные не особо знают о том, что произошло с Мариэллой, даже не слышали, что свадьба уже была. Но у неё есть отец!

– Было дело, – уклончиво ответила я. – А мой отец… где он?

Родной человек мог бы помочь.

– Ха-ха, спрашивает, где он! – засмеялась Грейс, бросив развесёлый взгляд на Персивальда, который тоже принялся ухохатываться.

Я что-то не то сказала?

– Я немного выпала из жизни, недавно головой ударилась, – соврала я. – Было бы неплохо, если бы вы меня просветили немного относительно моментов, которые я подзабыла.

– Маришка Пухляшка! Неужели не шутишь? – удивился Персивальд. – Ну айда покажу!

– Цыц! Не зови её детским прозвищем, – шикнула на Перси Грейс. – Она наша госпожа, тем более старшая леди Эванс укатила.

Персивальд почесал в затылке, но потом согласно кивнул.

Мы с ним прошли сначала в просторную столовую, в которой тоже почти не было мебели. Лишь шкаф, пару картин, большой стол и четыре стула.

Персивальд подвёл меня к портрету, висящему на видном месте, и молча стал рядом.

Сначала я не поняла в чём была причина такой странной реакции обитателей «Драконьего сердца» на вопрос об отце. Но едва пригляделась к величественному мужчине, который строго смотрел на меня с портрета, чуть не осела на пол от понимания. Даже дрогончик, сидевший на моих руках, удивлённо уркнул.

Я выстояла и повернулась к Перси.

– Он… монарх… король? – спросила я, вперив взгляд в корону на голове и скипетр в руке мужчины на портрете.

Персивальд молча кивнул, поджав губы.

Но судя по тому, что моя мать укатила с любовником…"

"– Я бастрад, – догадалась я. – Незаконнорожденная дочь монарха.

– Видать ты хорошенько приложилась головой, Пухляшка Мариш… то есть леди Эванс. Раз совсем всё подзабыла.

– Это точно, приложилась будь здоров, – по инерции ответила я, всё ещё разглядывая красивого черноволосого мужчину лет тридцати пяти.

Вот он каков отец Мари. Наверное, сейчас он постарше. Но ему явно нет дела до дочери, раз он хотел спихнуть её на такого козла, как Аарон. И судя по всему, помогать отец-король тоже не собирался.