Плевать, что люблю на расстоянии и сердце кровоточит от воспоминаний о его поступке. Это всё лирика. То, с чем я учусь жить по сей день. Но главное, чтоб он жив и здоров был. Поправится и всё снова войдёт в колею. Снова закупорю свои чувства на тысячу замков. Но лишь бы всё было хорошо. Жить без него рядом я научилась, но жить совсем без него в этом мире, точно не смогу и не хочу.

— Держи. — вырвал из мыслей Гриша, протягивающий мне стаканчик кофе.

— Спасибо. — обхватив стаканчик двумя руками, поняла на контрасте с теплом содержимого ёмкости, какими ледяными были пальцы.

— Сейчас к нам подойдут. Все расскажут. Как понял, с Никитой практически закончили. — сев рядом, обхватил меня за плечи. — Нормально всё будет, Варёк. Никита — такой лось, что его так просто не свалишь. Оклемается.

Подбадривал меня, а сам тоже заметно нервничал. Пытался казаться спокойным, но его напряжение было практически осязаемо.

— Как думаешь, их найдут? — перевела на Гришу хмурый взгляд.

— Найдут. Уже ищут. — по его тону и по стали в глазах, поняла, что найдут. Из-под земли достанут. Это успокаивало. Безнаказанной эта херня не останется.

— Понятия не имею, что это вообще было. Вроде и не ограбили, непонятно как-то всё.

— Узнаем. Из них всё дерьмо вытрясут, не сомневайся. Вообще, по всей видимости, залётные какие-то. Жилой комплекс весь камерами увешан. Полезли явно не одупляя, что к чему. Но так проще. Рожи засветили. Поэтому поиски, дело времени. Думаю недолгого.

Ответить не успела, потому что к нам подошёл врач. Я, кажется, дышать перестала. Подскочила с места, смотря на него во все глаза.

— Вы насчёт Никольского спрашивали? — поинтересовался коренастый мужчина, лет пятидесяти.

— Да. — мы с Гришей ответили чуть ли не хором.

— Ну, в целом всё не так уж и плохо. Можно сказать, в рубахе родился. Ранение полосное, глубокое, но не критичное. Крови потерял многовато, рану зашили. Постепенно придёт в норму. Вот если бы рана была колотой, то, скорее всего, задело печень и тут уже не известно, как бы всё обернулось. — после услышанного, кожа покрылась мурашками. Какой-то озноб по всему телу прошёл. Даже думать не хочу, об этом «если бы». — Вот с головой сложнее. Непроникающая открытая черепно-мозговая травма.

Повреждены, благо только мягкие ткани. Наложили шесть швов. Ну, естественно, сотрясение мозга. Удивительно, что сознание не потерял сразу после удара. Крепкий молодой человек. Поэтому в целом, прогнозы хорошие.

— Он в сознании? — спросила дрогнувшим голосом.

— Да, в сознании. Я бы рекомендовал несколько дней всё же пробыть под наблюдением, а потом, если ухудшений не будет, можно и домой. Но, естественно, постельный режим и никаких нагрузок. — подытожил мужчина.

— К нему можно? — чуть не с мольбой в голосе.