Ну да, с её мировоззрением, вокруг неё одни враги. Не иначе.

— Собственно на этом предлагаю закончить дискуссию. — облокотившись о стол руками, папа поднялся. Обнял меня, пожал руку Никите, похлопал его по плечу и вышел.

Я тоже не стала задерживаться, только ещё раз посмотрела на притихшую мать, прежде чем потянуть за руку Никиту и скрыться за дверью.

Шла в комнату Кариши, как пыльным мешком прибитая. Дочка уже была собрана. Можно сказать, сидела на чемоданах. Ещё бы, свои игрушки она возит с собой туда-сюда, не желая с ними расставаться.

Взяв Каришку на руки и прихватив её сумку, Никита взглядом спросил, отчаливаем или нет. Получив в ответ согласный кивок, мы всем составом вышли из комнаты.

Провожать нас, мама не вышла. Наверное, и к лучшему. Зато папа не переставал сегодня удивлять. Проводил, ещё раз обнял. Что-то невероятное. Не знаю, что произошло, и что побудило его встать на мою сторону. Но была искренне этому рада.

— Не грусти, Варюш. — уже сидя в машине, положил руку мне на бедро и не сильно сжал ладонь. — Всё постепенно вырулится. Ну, за исключением любви твоей матери ко мне. Что-то же должно быть неизменным. — издав негромкий смешок, перевёл внимание на дорогу.

А я не смогла сдержать улыбки. Да уж, что-что, а это точно будет неизменным. Мама под конец разговора хоть и притихла, но вряд ли поменяла мнение. Её нелюбовь к Никите, какая-то одержимая, предвзятая. И неважно плохо у нас всё или хорошо. Она ведь «лучше знает».

К дому, где жили мы с Каришей, подъехали спустя минут сорок. Никита поднялся с нами. А я как-то машинально предложила остаться на ужин.

Подсознание вперёд меня выдавало желания. Как-то не хотелось пока расставаться. Было желание хотя бы чуточку продлить нахождение рядом.

Правда, готовить я не стала. Заказала еду из ресторана. Сил не было. Слишком насыщенными были последние сутки, плюс перелёт, небольшой скандал. Но, тем не менее, ужин прошёл в душевной атмосфере. Домой Никита засобирался уже ближе к одиннадцати ночи. Мелькнула в голове мысль, предложить остаться, но отогнала её. Не нужно бежать впереди паровоза. Ни к чему спешка. Хотя по Никите было видно, что отъезд домой ему тоже не легко даётся. Но на чём-либо настаивать, он не стал. Наверное, даже зря. Чувствую, что прояви он инициативу, я бы тут же сдалась. Это я зрительно кремень, а внутри, та ещё размазня.

— Никит, я поговорить хотела. — благо Кариша уже легла спать, и я могла озвучить то, что озвучить нужно было ещё раньше. Затянула.

— О чём? — спросил, закончив обуваться.

— О нас. Точнее, о том, что я сказала тебе в номере вчера. У нас с Мишей ничего не было. Мы не спали. — поджав губы, виновато на него посмотрела.

У нас действительно ничего не было. В тот день, когда я спонтанно согласилась на поездку на дачу, я ещё раз поговорила с Мишей.