Сложнее всего было с матерью настоятельницей. Эта тварь неподсудна мирянам и отвечает только перед высшими церковными чинами. Объявить во всеуслышание о том, что она вступила в преступный сговор с бароном, невозможно: прямых и веских доказательств просто не существует. А от прямых подозрений она просто отопрётся. Так что в любом случае судьба ее решится тогда, когда домой вернется мой муж. Это у него, а не у меня, есть знакомства с кардиналами и прочими церковными владыками.

Однако и оставить гадину жить спокойно в мои планы не входило. Поразмыслив некоторое время, я решила так:

«Срок у меня сравнительно небольшой. Чувствую я себя прекрасно, даже токсикоза уже нет. Дороги сейчас гладкие, да и особо ездить куда-либо мне не придется: в самом замке достаточно и пустых помещений, и пристроек. А вот наказать ее рублем, да еще сделать так, чтобы по этой статье доход монастыря в минус ушел – это я вполне могу! Заодно и вечно голодных монахинь подкормлю. Благое дело, как ни поверни!».

Глава 32

КЛЭР

— Обижаете, госпожа графиня… – капрал Прессон неодобрительно мотнул головой и пояснил: – Я пока подмогу ждал, кровавые пятна все снегом закидал. Когда солдаты прибыли, сняли лучника с деревьев и площадку его заодно сняли. А к вечеру, если вспомните, снег повалил. Так что никаких следов там нет и быть не может. А насчет, чтоб слуги не сплетничали… Так я сразу после прибытия запретил хоть кого-то из замка выпускать. Так что ни в городе никто ничего не знает, ни в баронстве фон Трокера. А к баронессе я вестового послал сообщить, что у мужа ее сердце прихватило, и он пока что в замке побудет с хорошей лекаркой. Конечно, госпожа графиня, раз про ваше убийство не кричат, то и фон Трокер, и старая баронесса явно догадываются, что что-то не так пошло. Но ведь понятное дело, что сами-то они сплетничать не будут. А думать господа могут все, что хотят! – капрал усмехнулся и небрежно взмахнул рукой, как бы отметая мои тревоги.

— Вот и отлично, капрал. Это письмо поручите самым толковым солдатам, а лучше одному из сержантов. И отправьте не двух-трех гонцов, а небольшой отряд, человек восемь, не меньше. И письмо чтобы передали лично в руки сенешалю господина герцога. Пусть настаивают на личной встрече, а не просто отдадут письмо какому-нибудь лакею или секретарю. Слишком уж важная информация, а сплетни нам пока ни к чему.

Перед уходом капрал чуть помялся и я спросила:

— Что-то еще, капрал Прессон?

— Я, ваше сиятельство, думаю о том, что слишком уж скоро подмоги нам ждать не стоит.

— Почему?

— Все же фон Трокер титулованный дворянин, ваша светлость, а герцог сейчас в отъезде… Сами понимаете, что судить барона может только герцог. Господин сенешаль, скорее всего, даже и вмешиваться не будет.