И успевала восхищаться окружающим со всех сторон старинным садом, таким одичавшим, что напоминал волшебный лес. Под ногами упруго хрустел мягкий опад, над головой тонко выводила трель невидимая птица. Все цветет Даже некоторые деревья. Благоухает так, что хочется замереть и бесконечно дышать нежно-ароматным и чистым до звона воздухом. Божечки, да я в сказку попала.

Кованая, чуть покосившая калитка с лиственным узором и белеющий за ней увитый плющом домик мгновенно покорили мое сердце. Среди этой красотищи я буду жить каждый день лета. У-и-и-и!

Основной вход был с другой стороны, но даже отсюда здание из светлого песчаного камня выглядело чудесно. Тяжелый медный ключ вошел в дверной замок неожиданно легко и плавно, повернулся без скрипа. Ну, здравствуй, милый дом.

Оставив вещи прямо у входа, я донесла переноску с начавшим клевать носом Йожи до бежевых полотняных диванов в гостиной. И выдохнула с облегчением.

Хотелось петь и танцевать, несмотря на тяжелую дорогу и накопившуюся усталость. Я - свободна! Вот предложи мне джин загадать желание, и то я не смогла бы придумать лучше - дом в наследство! Совсем рядом с университетским городком, где учился мой дорогой Фредерик.

Все лето предстояло отдыхать, понемногу готовиться к университетскому бакалавриату и... встречаться на свиданиях с мужчиной всей своей жизни. Я бы выбила чечетку на чистом светло-выкрашенном полу, но побоялась разбудить уставшего щенка.

Йожи-Йожи. Он был и моей радостью, и источником тихой грусти. Примерно месяц назад, еще у других хозяев, маленький шпиц попал под велосипед. К сожалению, бывшие хозяева не выдержали ответственности. И впервые встретились мы с Йожи в особой комнате приюта для животных. Там, где содержались «сложные случаи».

Бодро лая, молочно-грязный комок, полз ко мне по дну клетки, волоча нижнюю часть тела. На морде - искренняя радость от моего появления, бездна любопытства и ни грана признания в собственной неидеальности. Йожи считал себя здоровым и красивым. Йожи любил людей. Йожи был счастлив жить в чудесном мире, который его окружал. Черт. Я почувствовала родную душу и больше не сомневалась, как ни разубеждали меня сотрудники приюта.

После удаления колтунов и затяжной помывочной процедуры щенячья шерстка стала белоснежной. По интернету я нашла мастера, соорудившего пристяжной пояс. Мы-то со специалистом думали, что подарили шпицу задние колесики-лапы, но сам он решил, что приобрел крылья. Отъелся, окреп и начал... летать. По-другому его передвижения и не назвать. В этом был весь Йожи.

С осторожностью я освободила лапки дрыхнущего питомца. И улыбнулась.