Очень надеюсь, что это действительно так.

Что ж, я ни разу не покидала свой мир, но готова к приключениям и, если даже не смогу вернуть мужа, получу массу впечатлений, которые помогут пережить позор, если придётся вернуться одной и закрыться в башне «брошенок».

Великие Корни! Каким же ужасным мне показался этот мир под названием Земля! Серый, блёклый, с чахлой растительностью! Всю его поверхность застилало какое-то ужасное плотное серое покрытие, мешающее семенам пробиваться к солнцу, очищать воздух и радовать жителей своими красками.

– Не делай такие глаза, Соль, – одёрнула меня Улина, – это просто мегаполис. Не всё так плохо – раньше тут было ещё хуже. Бестолковые люди наконец взялись за ум и, надеюсь, лет через пятьдесят, всё вообще станет хорошо – их природа возродится.

У меня слёзы навернулись на глаза от ужаса, и их было сложно сдерживать.

– Надеюсь, – только и смогла тогда вымолвить я, оглядываясь по сторонам и подозревая, что бесовка меня так утешает.

Ну а дальше она завела меня в какую-то клеть, именуемую «пентхаус», и сообщила, что жильё у нас шикарное.

После дворца верилось в это с трудом, но я решила поверить бесовке на слово и постаралась не плакать. Лучше уж тут, чем в башне брошенок. Как представила себе это унылое место, сразу и Земля показалась раем.

Два дня Улина готовила меня к жизни на Земле, объясняя правила поведения, показывая просветительные фильмы и заставляя читать местную литературу, а на третий явилась Карашерриса.

– Уля, дуй домой. Я уже не знаю, чем тебя прикрывать перед семьёй, – Улина уходила на Веливул только ночью и, видимо, её потеряли близкие.

– А вы, моя госпожа?

– А я молодец! Сказала Миру, что поступила на курсы актёрского мастерства в Голливуд, и он отпустил меня учиться. Что? – заметила она наши непонимающие взгляды. – Мама сказала, что это престижное место на Земле, там рождаются звёзды местного кино.

– Представь! Сама удивилась! Чему они могут научить меня, звезду вселенского уровня? Ну да ладно, сейчас это не имеет никакого значения. Иди, успокой своих, мы тут сами разберёмся.

Я думала до этого, что всё плохо? О нет! Как же я ошибалась! Потому что дальше начался сущий кошмар. Наверное, не стоило мне спрашивать мачеху мужа о его вкусах…

– Этого мелкого засранца я знаю с пелёнок, – начала она свой рассказ, – и даже в младенчестве он испытывал слабость к женской груди! Поэтому завтра мы с тобой идём за покупками: надо твою как-то сделать привлекательной.

Она скептически окинула меня взглядом. Ну да, до форм демоницы мне было очень далеко.

– Кара, но мы даже не знаем, где он сейчас, – попыталась я направить её деятельность в нужное русло.

– Чего это не знаем? Знаем.