— Я не хочу сладкое…

Я не врала, потому что на сладкое меня на самом деле не тянуло. В голове вдруг промелькнули приметы, которые говорили о том, что если на сладкое не тянет, значит, следует ждать сына. Улыбка тронула уголки губ. Будет наследник?

— Ладно. Тогда я делаю заказ? А может, салатик? Тут здорово готовят греческий.

— Ну если ты советуешь… — пожала я плечами. — В общем, я доверяю твоему вкусу и не против добавить к лазанье салатик.

Роберт ухмыльнулся и подозвал официанта. Пока он оформлял заказ, я думала о том, что произошло утром. Максим пытался вернуть меня, словно на самом деле был влюблён, и мне стало жаль его.

Быть может, если бы не Роберт, я и не осознала до конца, что Максим — моё прошлое. Это был болезненный опыт первых отношений, но это опыт… И его стоит оставить за спиной. Многое изменилось с того самого дня, как я узнала о беременности. Я резко повзрослела. И теперь смотрела на некоторые вещи под другим углом.

На секунду мне показалось, что Роберт приревновал меня. Он выглядел таким взбешённым, когда схватил Максима за грудки, словно хотел мокрое место от него только оставить.

Но с чего бы вдруг? Конечно! Он просто беспокоился за ребёнка, не иначе.

Пока официант не вернулся, мы с Робертом находились вроде бы рядом, но в тоже время были так далеко друг от друга: каждый витал в собственных мыслях, думая о чём-то своём.

Как только еду принесли, я накинулась на неё, даже не успевая насладиться вкусом. Лазанья на самом деле оказалась божественной. Она буквально таяла во рту, оставляя приятное послевкусие сливочного сыра.

— Тут и правда чудесно готовят, но цены слишком высокие, — произнесла я после того, как сделала глоток сока.

 — Всё это можно было бы приготовить дома, потратив куда меньше средств на продукты.

— Ну как я уже говорил, единственное, что я умею готовить — яичница с беконом. Поэтому не каждому будет легко повторить то, что подают здесь, — начал оправдываться Роберт.

Он был прав, и я просто кивнула. Что ещё тут можно было сказать?

— Как ваши отношения с сестрой? Вы общаетесь? — решил продолжить наше общение мужчина, посмотрев на меня.

Я задумалась. Конечно, мы с Ликой общались с первого дня, но я не могла ответить на первый вопрос, потому что сама не знала: как наши отношения? Мы не были врагами, но и не вели себя как раньше.

Я не делилась с Ликой своими мыслями и чувствами к Роберту, которые вспышками фейерверков взрывались внутри время от времени. Мне некому было рассказать о сомнениях, которые разрывали изнутри, не с кем поделиться собственной болью. Я во всём пыталась разобраться сама, и стало казаться, что нервное напряжение уже достигло критической точки.