Глаза Барышева мгновенно загорелись. Его ноздри начали раздуваться от злости. Он смотрел на меня так, словно прямо сейчас хотел прихлопнуть так, что и мокрого места не останется. Скрипнув зубами, Деспот шумно выдохнул.

— Это не твоё дело, девчонка! — процедил он злобным голосом.

Его слова ударили меня, как пощёчина. Открыть рот и сказать что-то напротив я не успела, потому что он тут же помотал головой, будто читая мои мысли.

— Любовница — это та, которую подминают под себя. Я тебя и пальцем не тронул! Как и твою сестру… То, что именно ты стала инкубатором для моего ребёнка, не даёт тебе права лезть в мою личную жизнь! Скажи «спасибо» сестрёнке, которая подписала договор, взяла денежки и теперь горя не знает, а тебе придётся рожать! Не вынуждай меня снова повторять, на что я способен, потому что в следующий раз я просто перейду к активным действиям.

Слова Барышева, смешанные с сильной яростью, заставили меня дрожать под напором его интонации и взгляда. Дыхание спёрло, и я резко отвернулась к окну, чтобы, если слёзы и хлынут, он не увидел мою слабость.

Как сложится моя жизнь, если врач подтвердит беременность?

Что я буду говорить маме?

Как оправдываться не за свой проступок?

Меня начало потряхивать, ладони вспотели.

Обхватив себя руками, я устремила взгляд в окно, только бы не смотреть снова на Барышева, готового накинуться на меня и разорвать в клочья. Что я такого спросила, что он как с цепи сорвался? Губы мгновенно пересохли, и захотелось пить, но я боялась сдвинуться с места, чтобы набрать воду из кулера в пластиковый стаканчик. Лишь скрип двери заставил меня резко обернуться.

На пороге появился доктор…

Он посмотрел на меня с сочувствием, и по его взгляду я уже понимала, каков пришел результат.

Знала, но не хотела верить в судьбу-злодейку, посмеявшуюся надо мной. Не может ведь этого быть!

«Не со мной! Пожалуйста!!!», — хотелось крикнуть, но в горле встал удушающий ком.

— Анализ крови на ХГЧ подтвердил беременность… Всё прошло успешно, — произнес врач сухим, но твердым тоном, глядя прямо на меня, а затем повернулся к Барышеву: — Роберт Елисеевич, поздравляю, скоро вы станете отцом.

Слова ударили обухом по голове, и я автоматически задержала дыхание, неспособная выдержать потрясение.

Ноги подкосились — я чуть было не упала, вовремя ухватившись за подоконник. Рядом неожиданно оказался Барышев, поддержавший за локоть и поясницу. Я посмотрела на мужчину, удивленная его присутствием, а затем на свою побледневшую руку, вцепившуюся за край подоконника. Меня трясло, ноги едва держали, из горла рвались хрипы. Барышев помог мне дойти до дивана и сесть, прислонившись спиной к мягкой обивке, вскоре даже протянул прохладную воду в стаканчике. Как он так быстро двигался, казалось мне странным и неестественным.