Галантный, полный изящества поклон, элегантный реверанс и пары сошлись в танце, кружа по всему залу яркими быстрыми точками, переплетая руки, двигаясь в ритм танца и мелодии, отточено выполняя каждое движение. Ярким калейдоскопом были все они перед лицами наблюдателей, что стояли в стороне. В вихре танца пары расходились и вновь сходились в самый эпичный момент, соединяя ладони перед своими лицами, не сводя друг с друга глаз, что было элементом танца. Девушки ускользали, а юноши нагоняли.

Анна была заворожена музыкой и этими прикосновениями рук и пальцев, была заколдована пристальным взглядом синих глаз. И это делало танец еще более особенным. Танцуя с Лео, она не чувствовала ничего подобного и даже похожего — ни пряного волнения, ни острого желания поскорее сблизиться вновь, ни яркого ощущения томления во всем теле.

Один танец следовал за другим, а незнакомец не выпускал ее из рук, не позволяя ей даже сменить партнера, зыркая на каждого так, что все желание потанцевать с прелестной девушкой пропадало даже у самых смелых, изъявивших желание. Он не выпускал ее из своих рук и объятий, не отрывал от нее взгляда своих глаз. Они не сказали друг другу ни слова, не было произнесено ни звука — взоры говорили за них: ее о том, как ей все нравится, и как она восхищена и восторженна, его о том, как он доволен и удовлетворен тем, что она в его руках и объятьях.

Несколько раз Анна ловила себя на том, что смотрит на изогнутые в насмешке губы, вспоминая их волшебный поцелуй. А ловя себя на этой мысли, тут же отводила взгляд под понимающий тихий смех незнакомца, что наблюдал за ней неотрывно. Он хитро улыбался ее все же краснеющим щекам, но не говорил ни слова.

Анна едва заметила, как пролетело время. Ноги гудели от усталости, но прекращать и останавливаться не было ни малейшего желания. Но музыканты взяли перерыв, и сделать это пришлось. Не выпуская руки девушки из своей, незнакомец подвел ее к одному из больших окон, где они вышли на балкон подышать свежим воздухом и отдышаться. Не нужно было слов, не нужно было даже взглядов. Он просто обнял ее со спины, переплетая ее пальчики со своими, и застыл, наслаждаясь этой уединенной близостью: за альковом был праздник и шум, суета, а здесь были лишь они одни.

Вечер был волшебным, и нельзя было не признать это. Но с какой-то грустью Анна думала о том, что он уже подходит к концу. Буквально через пару минут спадут маски, уйдет все очарование и волшебство ночи, сменившись уже через несколько часов обыденными буднями.

— Ты подаришь мне последний танец? — тихо прошептал синеглазый незнакомец, наклонившись к ней, обдавая ее оголенную шею своим жарким дыханием, которое волной тепла и трепета укрыло ее с ног до головы.