Она летела следом, словно девочка. А Фрося шла быстро, так как ей не терпелось услышать продолжение рассказа.

– Сейчас направо? Вот видишь, я помню! – радостно сообщила Люсьен. – Смотри-ка, даже столик, за которым мы сидели с Валентиной, остался! А вместо стеллажа шкаф поставили.

На просторной, но с невысоким потолком кухне они еще застали горничную, принесшую им завтрак. Та опять мило и дежурно улыбнулась. Что и говорить, вышколенная прислуга. Фрося с трудом объяснила ей, что им нужно, заметив мелькнувшее в глазах девушки недоумение, и вскоре на круглом столике появились бутылка красного вина и пара больших винных бокалов. После чего горничная наполнила тарелки фруктами и нарезкой элитного сыра с орешками и весьма тактично удалилась.

Люсьен разлила вино и внимательно посмотрела на Фросю.

– Так ты явилась сюда, чтобы вернуть свою любовь, украденную много лет назад?

– Нет-нет, совсем нет! – смущенно возразила Ефросинья. Но тут же, вздохнув, добавила: – Хотя если честно, то такая мысль в голове появилась. Только уже здесь, когда узнала, что Влад одинок.

– Понятно, его величество случай… Ерунда! Говорю же, ничего просто так в жизни не происходит, и если ты все-таки приехала сюда, то должна признаться самой себе, что именно за ним. Или что?

– Мучают мысли, что он сильно любил Розалинду, раз меня оставил и уехал к ней. Может быть, и сейчас еще любит, а я как бы под рукой оказалась, потому что ее нет…

– Ну и дура ты, Фрося! – совершенно внезапно выругалась Люсьен. И, держа в одной руке бокал с вином, другой перекрестилась. – Пресвятая Дева Мария! Прости, Господи!

– Думаешь, я ошибаюсь? Но моя гордость…

– Глупость это, а не гордость! Не был он счастлив с Розалиндой, не был, – твердо сказала женщина.

– Откуда такая уверенность?

– Ты слушай дальше, потом поймешь. Короче, сидим мы с Валентиной, пьем… Нет, не подумай ничего плохого, чай пьем и мирно беседуем. И тут слышим – кто-то пришел! Валентина заметалась – испугалась сильно, что хозяева ругаться будут, ей-то не разрешено было приводить гостей. Она запихнула меня за занавеску, что огораживала съестные припасы собственного приготовления, а сама юркнула в погреб. Все произошло так быстро, я не успела даже воспротивиться.

– И стала я свидетелем очень неприятной сцены, скабрезной такой… Как сейчас помню: ввалились на кухню хозяйская дочка с мужчиной. Она нашла вино и сообщила, что обвела вокруг пальца своего мужа, тот был вынужден куда-то поехать, а значит, у них есть половина вечера в подарок. Мужчина открыл вино, они выпили и предались…

– Чему? – оторопела Фрося.

– Тому самому. Любовным утехам!

– Фрося, тебе сколько лет? «Как…» – передразнила ее Люсьен.