– Ты правда думаешь, что дело в деньгах?

Предположения Сарате казались Элене убедительными; в ее вопросе звучала ужасная боль за этих женщин.

Ею вдруг овладела страшная усталость, но не потому, что она не спала уже тридцать часов, а потому, что увиденные ужасы лишили инспектора последних сил. Как вычеркнуть из памяти эти картины? Как забыть желтоватые тела пяти женщин с дырами во лбу и распоротыми животами?

Она вернулась к Мануэле, и та подтвердила: всех женщин убили выстрелами в упор. Троим из них выстрелили в лоб, еще двоим – в затылок.

– Сколько времени прошло с момента убийства?

– Пока не могу сказать.

 – По взгляду Элены Мануэла поняла, что таким ответом она не удовлетворится, и добавила: – Тут есть кое-что странное. Наблюдается омыление трупов, на некоторых участках кожи виден жировоск, но по идее этот процесс начинается только месяца через три. С другой стороны, они лежали в яме, там высокая влажность и почти нет кислорода, поэтому омыление могло начаться раньше.

– Мне нужен конкретный срок, Мануэла.

– Два месяца? – неуверенно предположила та.

– Почему судьи до сих пор нет? – возмутился Сарате.

 – Нам нужно как можно скорее сделать анализ ДНК. Мы должны выяснить, являются ли эти женщины матерями тех нерожденных младенцев, и установить их национальность.

От входной двери им махал Ордуньо. Он вместе с криминалистами осматривал дом и спешил что-то сообщить коллегам.

– Никаких следов мы не найдем, – заявил он. – Эксперты говорят, дом обработали каким-то химическим составом, чтобы стереть отпечатки. И это отлично сработало.

Элена и Сарате вслед за Ордуньо спустились в подвал. Криминалисты установили там мощные лампы и подключили их к генератору.

При ярком свете ослепительная белизна пола, стен и потолка в запущенном сельском доме казалась особенно чужеродной. Вся обстановка настолько отличалась от увиденного наверху, что на секунду сотрудникам ОКА показалось, что они перенеслись в другую реальность. Ордуньо обратил внимание Сарате и Элены на необычные детали: вентили в стенах и крепления на потолке в первом помещении и вентили во втором. Это трубопроводы, объяснил он. Один использовался для отопления, другой – в медицинских целях.

– Понимаете, что тут происходило? Созданы все условия для подачи кислорода и анестетиков… Крепления на потолке в первой комнате, очевидно, остались от ламп.

Кстати, видели, как размечен пол? Криминалисты подтверждают: следы совпадают с конфигурацией некоторых моделей акушерских кроватей.

Сарате и Элена огляделись. Им стало ясно предназначение этих двух ослепительно-белых комнат. Ордуньо высказал вслух то, о чем подумали все трое:

– Судя по всему, первое помещение служило родзалом, а в том, где мы сейчас стоим, держали новорожденных.