Поэтому я сделал то, что хорошо умел делать прямо перед носом Уго — украл у него Каролину.

Не обращая внимания на ее спутника, что неумело махал кулаками и пропускал удар за ударом, я схватил свою огненную красотку и рванул со всех ног через толпу.

И сейчас, стоя в тамбуре вагона с бешено стучащим сердцем и ощущая на своем плече приятную тяжесть, я улыбался.

— Я разберусь с билетами, — поспешил сообщить Анхель и бросился к идущему в нашу сторону недовольному проводнику.

— О, Боже! Мы едем не в ту сторону! — закричал спутник моей огненной сеньориты. — Нам нужно на другой поезд!

Вопросительно выгнув бровь, я с интересом оценивал этого лощеного типа.

Русые волосы были растрепаны, губа разбита, а в голубых покрасневших глазах застыл ужас. Я задержал взгляд на его дрожащих руках, и моя улыбка стала ещё шире.

Вот такие мужчины ей нравятся?

— Меня сейчас стошнит, — простонала на моем плече Каролина. — Дамиан, поставьте меня, пожалуйста, на ноги.

— Сейчас поставлю, — усмехнулся я и двинулся со своей ношей к купе первого класса. — И ты давай топай за нами, «защитник».

Скинув свою красивую рыжеволосую добычу на мягкое сиденье, я уселся напротив.

— М-м-м… — простонала она, приложив руку ко лбу. — Голова кружится…

— Сходи за водой для своей дамы сердца, — я взглянул на спутника Каролины, что так и замер в дверях.

— Я вообще-то ее старший брат. А вы, собственно, кто?

Не знаю почему, но эта новость меня порадовала. Брат, значит… Жаль, что трусливый.

— Это Дамиан, — снова простонала Каролина и бросила на меня быстрый взгляд. — Это его алмаз мы продали.

— Что?! Это он чуть с тобой не переспал в этой гостинице?! Он?! — в голубых глазах вспыхнула злость.

 — Так он же должен быть в жандармерии!

— Решил сделать вам подарок, — улыбнулся я, продолжая сверлить взглядом раскрасневшееся женское личико напротив. Каролина старалась смотреть куда угодно — на пол, в широкое окно, на узкие двери купе… Но только не на меня.

Чем дольше я смотрел на нее, тем больше успокаивалась моя совесть. Она действительно была слишком красива, чтобы ее не заметить. А уж тем более выгнать из номера полуголую.

— Ты чуть не обесчестил мою сестру!

— А вы меня обокрали, — заявил спокойно.

— Нэйтан, сядь и успокойся! — прикрикнула Каролина, и я улыбнулся.

Как же быстро пробивается дьявольский нрав через эту ангельскую внешность.

— Слава Богу, я смог договориться с проводником поезда. Думал, уже не получится… Этот мерзавец взял с меня тридцать лир за этих двоих! — сокрушался Анхель, внезапно появившийся в дверях купе.

— Мы выйдем на ближайшей станции, — оживилась Каролина.

— Черта с два, — заявил громко и, о чудо, ее прекрасные глаза наконец-то замерли на моей персоне. — Алмаз я свой уже нашел.