Он был для меня незнакомцем, но впервые я почувствовал себя защищенным. А сейчас я и вовсе понимаю, что мою жизнь могли бы оценить гораздо дешевле, чем в пятьдесят лир.

— Меня, к примеру, оценили в пятнадцать золотых, — я решила разбавить серьезный разговор шуткой.

— Мы, кстати, тогда не получили денег, — рассмеялся Дамиан. — Нас просто выкинули из города. Получается, что мы отдали тебя абсолютно бесплатно. В подарок правителю.

Я подняла на Дамиана глаза, полные наигранной злости, и обиженно добавила:

— Я, между прочим, чувствовала себя преданной.

— Но ты же понимала, что мы тебя не оставим?

Я промолчала, решив, что не хочу сознаваться ему в своих сомнениях.

— Так ты все время жил с отцом?

— Путешествовал скорее, — ухмыльнулся он. — Отцу не с кем было меня оставить, поэтому он таскал меня за собой. Мы искали клады, убегали от погони, в нас даже стреляли… В общем, детство у меня было очень насыщенным и интересным.

Мои глаза округлились от удивления. Я с трудом представляла себе картину, как высокий всадник и сидящий впереди него маленький мальчик уклоняются от выстрелов и уходят от погони.

Я вспомнила, как едва не умерла от страха, когда мы убегали от стрел племени Монсави. А Дамиан?! Он же был ребенком!

— И тебе не было страшно? — пискнула я.

— Страшно? — удивился Дамиан. — Это было самое чудесное время, Кэр. Полное интересных приключений.

— Меня всему учил отец. Во время наших путешествий. Я знаю несколько языков, отлично разбираюсь в математике, прекрасно считываю любые карты, и знаю все о лечебных травах и выживании. Он дал мне гораздо больше, чем смог бы дать самый высококвалифицированный учитель.

Дамиан отстранился, чтобы подбросить дров в костер, и я почувствовала себя покинутой.

— Умер шесть лет назад, — сообщил он, забрасывая расколотое бревно в огонь. — Сердце…

— Все в порядке, — он улыбнулся и, вытерев руки о простынь, вернулся назад. — Отец прожил достойную жизнь. Единственное, что он не успел сделать, это узнать, существует ли на самом деле магический мир. Он, как и Анхель, строил предположения об этом, но я в это никогда особо не верил. Отец же хотел найти доказательства. И о карте Монсави узнал именно он.

— Поэтому до нее добрался ты.

— Да, — Дамиан сделал несколько глотков и протянул мне кубок.

— Жаль, что твой отец не научил тебя танцевать. Я, например, очень люблю танцы, — ответила с улыбкой, уводя его от неприятных воспоминаний.

— Зато я умею петь, — усмехнулся Дамиан, лукаво прищурив один глаз. — А танцевать никогда не поздно научиться.

Я чувствовала, что захмелела и осмелела. Выжидающе смотрела в глаза Дамиану, отмечая, насколько же он красив.