Хотя я уверена, что у меня не хватило бы сил даже шепотом кого-то позвать. Я была парализована и на сопротивление у меня ушло не так много времени. Он меня заломал так, что я вообще не могла шевелиться.

Он говорил, что видел, как я на него пялилась. И его заводит, то, что я сопротивлялась недолго.

Ему было плевать, что он меня спутал с кем-то. Что у меня ни разу не было мужчины. Что я плачу. Он развернул меня лицом к себе, и я зачем-то посмотрела на него.

Он был высоким. Просто огромным, с моим метр шестьдесят.

Он улыбался, а я сосредоточилась на его лице, и это не позволило мне рухнуть на землю, когда он похлопал по моей щеке и сказав: «Спасибо.

Мне понравилось.» ушел.

Мое новое платье было в крови. Лямки порваны, и я никак не могла прикрыть грудь. Не знаю, сколько я там простояла. Ноги тряслись и каждый раз, когда я пыталась сделать шаг, меня шатало и рвало.

Я не вернулась за сумкой и телефоном. Я вышла к дороге и ощутила состояние потерянности. Словно меня окружила толпа в незнакомом городе, а мне всего пять лет и я не знаю где мой дом.

Но там не было почти никого. Никто не смотрел в мою сторону. Никто не знал, что меня только что изнасиловали в этом проулке, пока мир жил своей жизнью.

Машины мчали по дороге туда и обратно. А я стояла и стояла.

Когда слезы высохли, я поняла, что я сижу на земле, на том самом углу здания, сжавшись в комок. Не помню, в какой момент я там очутилась. Но я встала на ноги, поймала такси и судорожно следила за водителем, пока он вел машину.

Когда мы уже подъезжали, я вспомнила, что мне будет нечем заплатить, и это вызвало чувство паники. До того страшно стало, что я выскочила из машины и просто побежала домой.

Мужчина поймал меня на лестничной площадке, потому что бежал за мной и кричал, что я обманщица и воровка.

И стоило ему оттеснить меня в угол, у меня началась истерика, которую я не контролировала. Я вообще не помню, что было дальше. Я проснулась уже утром с чувством смерти. Часть меня просто растворилась в прошлой ночи и больше ко мне не вернулась. Лучшая часть.»

Можно сколько угодно прятаться под одеялом и верить, что страхи не смогут проникнуть под него. Но если не выглянуть, то так не поймешь, что преодолеть их, можешь только ты сама. И никакое одеяло не в силах защитить твою чуткую трясущуюся душу.

Никто кроме тебя самой.

И я выползаю каждый раз, когда устаю бояться.

Поднимаюсь с кровати и иду вперед. Снова и снова. С каждым рассветом, после почти бессонной ночи, которая длится, казалось бы, вечность.

Сегодня я проснулась именно такой. Сильной и стойкой, потому что вчера сотрясалась от ужаса.

Мои губы хранили прощальный поцелуй Олега, поэтому я думала о нем вчера весь оставшийся день. А еще я помнила, что он сказал на прощание. Что он восхищен моей силой. Я не знаю, насколько я сильна.