И, закончив вежливо помогать Марбери, он усадит Пиппу в карету и повезет ее назад, к Берти.

Марбери на боковом дворе говорил с двумя конюхами, которые сидели на таком огромном суку, который Грегори, наверное, не смог бы обхватить руками. Работники пили эль, и, по их словам, кучер Марбери спал на чердаке.

– Он пьян? – спросил Марбери.

– Да, поди с полдня вам от него будет мало проку, – ответил один. – Вы когда приехали, он был уже хорош – да оно и понятно, в такую-то непогодь.

– Ах, болван несчастный, чтобы ему пусто было, – простонал Марбери.

Он взглянул на подошедшего Грегори и угрюмо добавил: – Я хотел сказать, смазливый несчастный болван. Так достаточно вежливо, Уэстдейл?

Грегори не удостоил его ответа.

– Ты можешь нанять возницу, – сказал он и посмотрел на конюхов. – А как насчет лошадей и экипажа?

Он только теперь заметил, что упавшее дерево лишь чудом не задело конюшню.

– Нам придется выводить лошадей через заднюю дверь, – сказал один из конюхов. – Передние ворота завалены.

– А экипаж, которым вы меня снабдите? – спросил Марбери.

Второй конюх хохотнул, но это было больше похоже на всхлип, чем на смех.

– Боюсь, ничего не выйдет. Те два, что у нас есть, заперты внутри. Чтобы их вывести, нам пришлось бы выпилить стенку.

– Елки зеленые, да мы недели две только этот сук будем убирать, – сказал другой, похлопав ладонью по огромной ветке.

Марбери чертыхнулся.

– От вас двоих толку, что с козла молока. Где-нибудь поблизости можно нанять карету?

– Не ближе, чем миль восемь-девять, а то, глядишь, и вся дюжина! – Первый конюх старательно почесал подмышку и ухмыльнулся, довольный своими глубокими познаниями.

– А когда будет следующая почтовая карета? – Шею и уши Марбери заливало краской.

– Не раньше, чем завтра к вечеру, а с такими раскисшими дорогами, может, и послезавтра, – самодовольно поведал второй конюший.

– Вы вполне можете доехать до Тарстон-Мэнор верхом, – предложил Грегори.

– Нет, не можем. – Марбери обеими руками взъерошил свои курчавые волосы. – Доусон – старый человек, ему уже не под силу ездить в седле, тем более по такой грязной и скользкой дороге. Да и тряски он не выдержит.

Если бы у него на заднице было хоть немножко мяса, то ничего, но он же ест, как воробей. Ты должен взять нас, Уэстдейл.

– Ну нет, – отрезал Грегори. – Я пока не еду на прием. – И он повернулся, чтобы проделать короткий обратный путь до гостиницы.

– Но ты же все равно собираешься, – не унимался Марбери.

– Ну так езжай сейчас. Твои друзья ведь могут подождать, не так ли? Или они будут плакать?

– Что с тобой такое? – пожелал знать Марбери. – От этого человека, возможно, зависит твое будущее.