Счастливые дети. Они, как тоник, взбадривают, поднимают настроение. Когда-нибудь в отдаленном будущем он бы хотел иметь своих.

Следующие полчаса он провел в приятной компании четы фермеров, которые были сама доброта и щедрость. Дом их сиял чистотой, в нем царила атмосфера радости, хотя Грегори заметил, что камин дымит, а петли на входной двери разболтались. Надо будет сказать об этих проблемах лорду Тарстону.

Управляющий должен получше заботиться об этих людях, думал Грегори, пожав руку фермера и пощекотав пухленькие ножки малыша.

– Передавайте от нас привет лорду и леди Тарстон, – сказала хозяйка дома и вложила ему в руки маленький горшочек с крыжовенным вареньем, завернутый в муслин и перевязанный бечевкой. Малыш, которого мама все еще держала на руках, потянулся, чтобы схватить его, и Грегори дал ребенку похлопать маленькими пальчиками по верху горшочка. – Это им на завтрак, – гордо добавила мать. – И вам тоже. Надеюсь, вам понравится.

– Я уже знаю, какое оно вкусное. – Грегори поднес ее загрубевшую руку к губам. – Спасибо.

Его сердце тронули те чистые и простые радости, которые он испытал во время этого незапланированного визита. На улице он попрощался с детьми, положил варенье в седельную сумку и вскочил на спину пегого.

Когда он проезжал дом управляющего, решение уже было принято: он снимает свою кандидатуру с конкурса на лучший проект домика для собак. Нет, ирландские волкодавы, конечно, отличные животные, но этот заказ слишком мелкий и несерьезный. Грегори не будет им гордиться. В имении Тарстонов есть люди, которые живут в куда меньшей роскоши, чем будут жить эти псы, и он просто не представляет, как напишет на этом проекте свое имя.

Его представление Джону Нэшу пусть состоится где-то в другом месте и как-то иначе, то есть скорее всего никак и нигде, потому что для того, чтобы это произошло, Грегори придется представить какой-то невероятный, сногсшибательный проект.

А он не знает, способен ли на это.

Но пока достаточно того, что он говорит «нет» собачьему домику. Пусть кто-нибудь другой проектирует бассейн для псов.

Он не мог дождаться, когда скажет об этом Пиппе.

Спешившись у конюшни Тарстонов, он увидел, что прибыла еще одна карета, и конюх обихаживает новых лошадок – пару серых. Он поговорил с преданным Оскаром и парнем, который перед этим помогал ему. Оба обратили внимание на резвость и красоту серых.

Затем Грегори сказал Оскару и человеку лорда Тарстона, что сам напоит и почистит Принца, что никому из них нет надобности заниматься этим. Грегори чувствовал себя в конюшне легко и свободно и впервые искренне порадовался присутствию на этом загородном приеме.

За последние двадцать четыре часа так много всего произошло. Так много изменилось.