Довольно красивого: ухоженного, с расчесанной гладкой гривой, длинными ногами и украшенной цветными камнями кожаной сбруей. Не бедный конь. В смысле, не бедные его хозяева. Я подвинулся влево и присвистнул. Конь вез не телегу, а вполне соответствующую своей красоте карету, точнее небольшую двухместную открытую коляску с синим гербом на дверце, изображающим парящего орла. На козлах сидел бородатый мужичок в блестящих сапогах, широких полосатых штанах, синем кафтане и залихватски сдвинутой на затылок шапке. На разбойника точно не похож.

Незнакомец спрыгнул на песок, покосился на догорающий камыш и склонился к земле.

Следы что ли изучает? Понятное дело, натоптал я там немало, но ни одна дорожка следов не ведет к лесу, а это значит… Исходя из того, что я узнал от Лаврентьевой о Таэрии, меня запросто могут принять за водяного… Медлить нельзя. Я тихо выплыл на видное место и шлепнул по воде, привлекая к себе внимание.

— Уф! Вот вы где! — с облегчением выдохнул незнакомец. — А я вас повсюду ищу.

Это что-то новенькое. Он что, меня искал? Скорее всего, с кем-нибудь перепутал. Впрочем, мне все равно, мне нужна одежда, а этот бородач может помочь.

— Нет ли у вас какой-нибудь одежды? — спросил я.

— У вас? Ваше высочество, вы меня не узнаете что ль? Прохор я. Прошка!

Я прищурился. Ваше высочество? Это он мне? Приехали. Вместо разбойников и охотников на беглых крестьян мне попался сумасшедший. Возможно буйный, вон как глазом дергает. С таким лучше не спорить.

— Узнаю, — крикнул я и выбрался на берег.

— Звиняйте, ваше высочество, не ожидал, что вы голышом купаться убежите, — мой сумасшедший новый знакомый подошел к карете и открыл дверцу. — Садитесь.

Я надел кафтан и сел на мягкое, обитое синим сафьяном сиденье. Прохор захлопнул дверцу, закрыл защелку и вскочил на козлы.

— Куда едем? — спросил я его широкую спину.

— Во дворец, — отозвался Прохор. — Али изволите покататься? Голышом очень не рекомендовал бы, людишки у нас недобрые, смеяться начнут.

— Тогда давай во дворец.

Раз Прохор называет меня высочеством, значит, принял за принца. За того самого Власилиана, в которого Лаврентьева втюхалась. Ну, точно сумасшедший. Как нас можно спутать? Власилиан, по Ленкиным словам, блондин с курчавыми волосами, высокий, как шкаф, и "похож на милого амурчика", а я темноволосый, отнюдь не шкафообразный, а с амуром и рядом не стоял. Будем надеяться, во дворце недоразумение разрешится, Прошку за ошибку побьют не слишком сильно, а мне дадут какую-нибудь одежду.

Карета оказалась не самым комфортным средством передвижения. Рессоры работали плохо, коляску раскачивало, меня то и дело подбрасывало на кочках, приходилось крепко держаться за борт.