Неожиданно на моем пути встает какой-то старшеклассник с кудрявой рыжей шевелюрой.
– Эй, новенькая, приедешь сегодня ночью ко мне? У тебя есть скидка, если я сниму тебя на несколько часов?
Замерев, я пристально смотрю на него, не веря в то, что он сказал.
– Ну ты же спишь с братьями за деньги. Я тоже могу стать твоим постоянным клиентом.
– Ты совсем обнаглел, так говорить про меня?
У меня горит ладонь от желания отвесить ему пощечину, но вместо этого я потрясенно наблюдаю, как он вытаскивает из кармана телефон. Разблокировав экран, парень поворачивает телефон в мою сторону, и желчь подступает к горлу.
Я вижу видео, точнее фотографии, которые сменяются одна за другой. На первом снимке я целуюсь вместе с Десмондом в его машине, на втором меня целует Кэш в клубе, а от следующих кадров на моих глазах выступают слезы.
Кто-то разослал фотографии из моего прошлого, где я сижу за барной стойкой с мужчиной в Портсмуте, а затем иду с этим же мужчиной в отель.
Последним кадром этого ужаса становится надпись: «Эта шлюха нам надоела. Кто следующий хочет снять ее на ночь?»
Ослепленная паникой, я не до конца осознаю, что происходит.
В следующее мгновение внутри все переворачивается. Есть только одна семья, у кого было досье на меня вместе с моими фотографиями.
Я почти уверена, что меня сейчас вырвет. Желудок бунтует, руки дрожат, и я беспомощно прижимаю их к животу.
Громкий смех рыжего парня, показывающего мне видео, возвращает меня в жестокую реальность. Я с трудом обхожу его и перебираю ногами в сторону выхода.
Все старшеклассники смотрят на меня. Каждый раз моя голова раскалывается от слова «шлюха», адресованного мне. Я слышу несмолкаемое перешептывание, но вдруг оно внезапно останавливается. Как и я. Я резко замираю на месте, отказываясь верить в происходящее.
Перед моим взглядом появляется Десмонд.
Мои глаза встречаются с глазами Десмонда, и вокруг нас все исчезает.
Все, что я испытывала секунду назад, уходит на второй план. Обида, гнев, возмущение растворяются в воздухе. Теперь я чувствую, как невидимая рука тянется к моей груди и сжимает сердце в кулак, расщепляя его на кусочки.
Господи, как же невыносимо видеть Десмонда, не имея возможности обнять его, уткнуться носом ему в шею и вдохнуть его аромат.
Я знаю, что это неправильно.


















Комментарии
Добавить комментарий