Чуть дальше замечаю барную стойку из эпоксидной смолы, которая переливается голубоватым свечением. Это какой-то ночной бар или клуб?

Внезапно я слышу голос, который так похож на голос Кэша:

– С днем рождения, Жасмин.

Что это? Что со мной происходит? Меня похитили, прокатили в багажнике, а теперь поздравляют с днем рождения? Я схожу с ума?

Тут из толпы отделяется Кэш. На нем черный костюм и того же цвета рубашка, в руках огромный букет роз. Он приближается в мою сторону, и до меня доходит суть происходящего.

Нет, это не я сошла с ума. Это Кэш устроил дурацкий розыгрыш.

Это он организовал инсценировку, мать его, моего похищения!

– Кретин! – шиплю я, когда Кэш останавливается напротив меня.

Мне так хочется его ударить. Но я ощущаю на себе взгляды окружающих и с трудом опускаю руки, сжатые в кулаки. Я прикрываю глаза, чувствуя, как лицо вспыхивает от унижения. На большинстве девушек минимум одежды и больше открытых участков тела. А на мне накинута теплая куртка и джинсы. И скорее всего мои волосы представляют печальное зрелище после поездки в багажнике.

Внутри меня происходит взрыв. Кэш, сукин сын, Аматорио.

Ненавижу его!

Я открываю глаза и замахиваюсь. Моя ладонь с характерным шлепком ударяет по щеке Кэша. От моей хлесткой пощечины он отшатывается назад, прижав руку к лицу.

Толпа тотчас оживляется: кто-то ахает, кто-то ободряюще улюлюкают. А я продолжаю смотреть на Аматорио-младшего убийственным взглядом.

– Чувак, я же говорил тебе, что это хреновая идея.

К Кэшу подходят двое из троих моих "похитителей". Теперь их лица не скрыты капюшонами, и я узнаю в них членов школьной футбольной команды. Среди них Стив, который глядит на меня с опаской.

Я злобно смотрю на него в ответ и гневно прищуриваюсь. Так вот почему его голос показался мне знакомым.

– Надеюсь, вы ее не сильно испугали? – спрашивает Кэш у Стива.

– Нисколечко! – с обманчивой веселостью отвечаю я вместо Стива. – Меня же каждый день похищают посреди улицы!

– Кристи, ты не соглашалась отпраздновать свое восемнадцатилетие. И мне пришлось попросить парней привезти тебя, – говорит Кэш.

Думая о том, как бы выглядел Кэш без своих пронизывающих темно-голубых глаз, я спрашиваю его дрогнувшим голосом:

– Я так понимаю, эти цветы для меня?

Он кивает, и я выдергиваю букет из его рук и швыряю на пол.

Не отрывая взгляда от лица Кэша, я поднимаю ногу и со всей силы надавливаю ботинком на красные розы. Под моей массивной подошвой погибает бутон за бутоном, и Кэш подает знак Стиву. Тот просит всех разойтись. Точнее кричит, чтобы все проваливали на танцпол. После этого все друг за другом расходятся.

Я продолжаю безжалостно топтать цветы, мысленно себя успокаивая. Всего один день, а завтра я буду вдали от всего этого безумия.