Хоук скривил губы.

— Лгунья! Я же слышу, как бьется твое сердце. Ты чувствуешь то же самое, что и я! — В его циничном взгляде не таилось и тени сомнений относительно исхода их стычки. — Ну, что скажешь, мисс Мэйфилд? Предпочтешь брата моей жены или доверишься мне?

В это мгновение пальцы Александры сжались на горлышке густо покрытой пылью бутылки. Александра глубоко вздохнула, в ней вспыхнула надежда.

— Что скажу, ваша светлость? — повторила она высоким дрожащим голосом. — Скажу, что даже хищникам нужно иногда отдыхать!

Мужчина, тискающий ее грудь, едва успел вопросительно поднять брови, как на его череп обрушилась тяжелая большая бутылка.

Он изумленно уставился на девушку, и Александра перепуганно застыла, решив, что ударила недостаточно сильно. Ей бы следовало догадаться, что у этого придурка черепные кости куда толще, чем у нормального человека!

Однако герцог начал медленно сползать вниз. Он навалился на нее все своим весом, опускаясь на колени, голова его уперлась ей в живот, руки бессильно повисли. Он хрипло пробормотал что-то невразумительное…

Александра ликовала: она это сделала! И нельзя сказать, что это было так уж трудно.

Мгновение-другое девушка просто не в силах была двинуться с места. Чтоб ему пусто было! Что же ей теперь делать с этим здоровенным болваном?

Девушка собрала все свои силы, пытаясь отпихнуть от себя громадное тело. Оно оказалось даже тяжелее, чем ей показалось сначала, и к тому времени, когда она оттащила герцога в угол и прислонила к стене, она уже отчаянно задыхалась.

Облегченно вздохнув, девушка отступила назад и вытерла пот, покрывавший ее лоб. Она чувствовала легкое покалывание на коже груди — там, где остались липкие следы пролитого бренди.

Осторожно перебравшись через гору разбитых бутылок и досок стеллажа, она очутилась на чистом участке пола.

Лохмотья, в которые превратился ее пеньюар, развевались по воздуху, когда Александра со всех ног бежала по подвалу к узкой лестнице, и в голове у нее звенело от радости победы и от невольно выпитого бренди.

Она одним духом взлетела по ступеням и пронеслась по коридору, ведущему в центральный холл, и наконец оказалась перед массивной дубовой парадной дверью.

Едва сдержав радостный вопль, Александра метнулась к двери и схватилась за ручку.

Дверь отворилась с громким металлическим лязганьем, и девушка забыла обо всем. Она стремительно спустилась по широким ступеням, в тихую прохладную ночь.

Впереди, в темноте, смутно вырисовывались конюшни; над их распахнутыми воротами горел один-единственный неяркий фонарь. Александра осторожно вошла внутрь.

По загородкам пустых стойл метались тени. Из глубины конюшни доносилось тихое фырканье и ответное ржание. Александра медленно направилась вперед.