Мальчик нахмурился, придвигаясь к самому краю ступеней. О, да это настоящая красавица, тут уж не ошибешься! Она шла медленно, и Пенни отлично разглядел ее сверкающие из-под капюшона волосы цвета пламени. И тут Пенни заметил в ее руке тросточку. «Какая жалость, — подумал он, — красотка-то хромая…» Но зато у нее будет чем защищаться в случае чего, решил Пенни.

Туман сгущался с угрожающей быстротой. Встревоженная, Александра крепче стиснула в пальцах рукоятку трости. Девушка нуждалась хоть в каком-то утешении и поддержке, и трость давала ей это ощущение. На площади было слишком много разного люда, слишком много развязных юнцов, слишком громко звучал вызывающий смех. Туман прилипал к коже Александры, душил ее… Она неуверенно шагнула с тротуара, намереваясь перейти на противоположную сторону площади. Звук приближающихся шагов заставил девушку поспешить. Но в то же мгновение она споткнулась о вывернутый из мостовой булыжник, и лишь трость спасла ее от падения.

Чьи-то сильные руки подхватили ее под локти и грубо сжали. Девушка, охваченная слепым страхом, начала отбиваться, но это лишь приблизило ее к крупному мужскому телу. Без каких-либо усилий напавший на Александру мужчина прижал ее к себе, легко подавив беспомощное сопротивление, а потом поднял капюшон, закрывавший лицо девушки.

Он взглянул на Александру, и его глаза засверкали, как серебряные звезды в холодном ночном небе. Схваченная во тьме лондонской улицы, она испытала ужас при виде чужого лица.

— Бог мой, — задохнулся незнакомец, — это и вправду ты! Сначала я подумал, что ты мне просто пригрезилась, как обычно. Жадность все-таки привела тебя назад. — На его щеке дернулся мускул, глаза сузились. — Я отправил людей на твои поиски в тот самый день, когда ты сбежала… и они почти поймали тебя в прошлом году в Вене, да, почти. Ну, на этот раз тебе не удастся ускользнуть, любимая! — Последнее слово незнакомец произнес так, словно это было ругательство, и тут же разразился хриплым смехом.

Александра изо всех сил пыталась взять себя в руки и утихомирить бешено бьющееся сердце. Мужчина, схвативший ее, был очень интересен. В другое время и при других обстоятельствах она нашла бы его привлекательным, если бы не горечь и ненависть, исказившие его лицо. У него был высокий лоб и пышные черные волосы. «Он совсем не сумасшедший», — пыталась успокоить себя Александра, стараясь справиться со страхом.

— Вы меня с кем-то спутали, сэр! Я лишь недавно приехала из Индии, и у меня очень мало знакомых в Лондоне, а уж с вами я наверняка не встречалась. Отпустите меня сейчас же! Я вас не знаю!

Губы мужчины искривились в некоем подобии улыбки.

— Ну, не заходи так далеко, любимая.