Но не более – представители интеллигенции и творческих профессий возможности выступить по радио не получали, Гитлер в свое время определенно сказал, что у русских не должно быть ни интеллигенции, ни творчества. Понятно, что без участия умных, образованных людей получить какой-то качественный радийный продукт было невозможно. При всем уважении к этим профессиям ни сталевар, ни пекарь, ни, условно говоря, комбайнер или шахтер не могли выдать сколько-нибудь внятную, серьезную концепцию перестройки общества под новый порядок. Поэтому Харьковское радио выдавало такое откровенное, беззастенчивое вранье, что нормальные, здравомыслящие люди просто не могли в него поверить.

Отдельно стоит рассказать про радиовещание в Крыму. К тому же Крым для меня вообще отдельная история и очень яркие воспоминания: в 2014 г. я участвовал в создании и запуске в Крыму нашей радиостанции «Спутник». Итак, немецкое вещание в Крыму сразу началось на трех языках – русском, украинском и языке крымских татар, при этом приоритетное внимание уделялось крымским татарам. Этому не надо удивляться, немцы вообще сделали на них ставку в Крыму.

Достаточно упомянуть, что из крымских татар было сформировано 10 Schutzmannschaft-батальонов. Поэтому здесь к радиовещанию активнейшим образом привлекались татарская интеллигенция и мусульманское духовенство. Ими была разработана небезынтересная концепция, согласно которой Гитлер объявлялся главным защитником мусульман от колониального ига русских христиан и большевиков. Лидеры крымских татар наладили тесное взаимодействие с представителями Турции в Берлине, у которых тоже были какие-то свои планы на этот регион. В результате получалась очень странная ситуация: немецкое радиовещание на оккупированной территории в Крыму голосами татарских ведущих втолковывало населению идеологию турецких властей, которая далеко не всегда согласовывалась с точкой зрения немцев.

Оккупационные власти все это терпели, терпели, пока в один прекрасный момент не решили вообще прекратить вещание на языке крымских татар. В результате уже ближе к концу 1943 г. на этом языке выходили только отдельные передачи, и те не слишком регулярно.

Объективно говоря, охватить радиовещанием всю оккупированную территорию немцам все-таки не удалось.

Не потому, что они плохо старались, – уж в чем в чем, а в усердии немцев обвинить невозможно: если есть приказ, они его выполняют. Условно говоря, если бы перед ротами пропаганды и перед оккупационными властями стояла задача завернуться узлом, но в каждом районе наладить радиовещание, у меня нет никаких сомнений, что они бы этот приказ реализовали. Более старательной нации, чем немцы, мир, наверное, просто не знал. Но им просто не хватило материальных средств.