Листовки, плакаты, газеты, кинохроники – с этим более-менее понятно, любой желающий в несколько секунд может найти все это в интернете и ознакомиться. С радио ситуация другая. То есть все примерно себе представляют, что какое-то радиовещание на территории оккупированных областей Советского Союза осуществлялось, но какое оно было, какие цели преследовало, как функционировало – все это для многих остается загадкой. А ведь именно радио являлось основным оружием идеологического воздействия в те времена, когда телевидения и в помине не было, а о Всемирной сети не мечтали даже писатели-фантасты.

Я в свое время серьезно интересовался этим вопросом, даже получил доступ к некоторым образцам немецкого радиовещания на оккупированных территориях. Хочу рассказать основные моменты, которые показались мне интересными.

Каким вообще должно быть вещание на территории противника в годы войны? Другими словами, каких целей оно должно достигнуть? Их несколько. Прежде всего – подорвать доверие населения к собственным вооруженным силам и правительству. Кроме того, радио должно формировать пораженческие настроения, показать победоносность армии противника, объяснить населению оккупированных территорий, как им будет хорошо при новой власти.

Особая, специфическая задача – разжечь вражду между разными социальными или национальными группами. И последнее, что нужно выделить, – это нейтрализация эффекта от пропаганды противника.

Сегодня это всем понятно и вопросов не вызывает. Но в годы Великой Отечественной войны многое из того, что применяли немцы на оккупированных территориях и на Восточном фронте, было сделано впервые.

В годы Первой мировой войны радиопропаганды как таковой не существовало, поэтому основные приемы пришлось изобретать на ходу. Это делалось в Министерстве по просвещению и пропаганде – ведомстве Йозефа Геббельса. Именно там были сформированы основные постулаты воздействия на население, которые потом, после крушения Третьего рейха, возьмут на вооружение и в других странах.

Разумеется, что в радиопропаганде немцев основной упор делался на использование бывших граждан Советского Союза либо русских эмигрантов. Почему – понятно: и та и другая категории знали русский язык и примерно представляли себе ментальность и архетип людей, для которых они работали.

Выражаясь современным языком, они понимали, о чем думает их аудитория, и находили понятные для населения образы. Как доказывать, что немецкое нашествие является крестовым походом против большевиков, что немецкие солдаты выполняют освободительную миссию, какие именно материальные выгоды нужно сулить населению оккупированных областей или же военнопленным – все это они знали.