Но не это заставило Эльму упасть на колени.

Прекрасная, даже несмотря на отметину позора (уж это служанка знала наверняка, хотя и встречала всего дважды в жизни — ведь так наказывали крайне редко), гостья держала за руку светленького синеглазого мальчика лет шести с вертикальными золотыми зрачками, от энергетики которого служанку буквально вдавливало в пол.

Мальчик же явно не научился, поэтому Эльма едва не задыхалась от мощного энергетического выброса.

Незнакомка, будто почувствовав что-то неладное, опустилась перед ребенком, не беспокоясь о чистоте своего длинного странного фасона платья, и легко погладив его по светлым кудряшкам, зашептала что-то на ухо, улыбаясь своими прекрасными губами.

Только глаза по-прежнему не выражали ничего, и это снова было жутко. Но мальчик, не замечая странности, заливисто рассмеялся, и давление прекратилось.

Судя по тому, что гостья не поддавалась его силе, она обладает просто невероятно огромным магическим потенциалом и приходится ребенку очень близкой родственницей. Ведь даже некоторые матери-драконицы иногда по многу лет не видели маленьких будущих правителей, выдержать силу которых мог разве что отец.

Однако красавица совершенно точно была просто человеком. И это было ещё более удивительно.

Чуть склонив голову, не смея больше рассматривать, Эльма попятилась к замку, чтобы сообщить о нежданном прибытии, но её заметили.

Звонкий девичий, но безралично-властный голос остановил:

Служанка тут же будто приросла к земле и опустила голову ещё ниже. Что ожидать от подобного вторжения она не знала, и так всё последнее время жили в страхе.

— Г-госпожа, — от волнения она слегка заикалась.

— Проводи нас во дворец.

— Конечно, госпожа, прошу, — девушка склонилась в глубоком поклоне, не заметив, как незнакомка поморщилась её обращению. А затем, выпрямившись, засеменила во дворец, стараясь не задерживать прибывших. И по возможности не оглядываться.

В это время из-за двери донесся голос госпожи Альи.

— Где тебя носит, бестолковая!

Прекрасная гостья вздрогнула, и, уловив это краем глаза, Эльма смутилась, будто увидела что-то крайне неприличное. Поначалу ей показалось, что та не чувствует вообще ничего, не говоря о страхе. Однако тут же распрямив плечи и подняв подбородок выше, незнакомка немного мягче попросила продолжать путь.

Когда втроем они вошли в большую залу, Эльма едва не потеряла дар речи, увидев сначала изумление, а потом и настоящий ужас на лице своей госпожи. Будто рядом с ней находилось не иначе — воплощение конца света.

Незнакомка чуть приподняла бровь и, не опуская подбородка ни на миллиметр, перевела взгляд на ребенка рядом, которого по-прежнему держала за пальчики. Губы госпожи Альи задрожали.